Тёмных дел мастера. Книга третья

— А я-то уж думал, что для современного общества весь этот траур — только предлог, чтобы как следует поплакаться и попереживать, когда подворачивается какое-нибудь «запечатление» на «канале». Дабы насладиться потом своей дешёвой популярностью, а заодно и подзаработать немного денег, не правда ли?.. А оказывается, вон сколько вас здесь, расстроенных сострадальцев.

На этот раз его фраза снова ввела многих в ступор, заставив посчитать сидевшего на другом краю салона эксцентричного пассажира как минимум непочтительным сумасшедшим.

Но, как ни странно, она всё же сделала своё дело, сняв первоначальное подозрение, и вскоре почти каждый из услышавших её пассажиров смог снова позволить себе вернуться к делам, отвлёкшись от Альфреда и Лагнес. Поскольку людям оказалось значительно легче принять для себя тот утешительный факт, что сейчас их всех просто угораздило столкнуться с очередным подвыпившим неотесанным болваном из простонародья, нежели с тем самым настоящим миренкианским убийцей или иностранным подрывником-смертником.

И только для Лагнес ситуация не изменилась… Этот ужасный полёт продолжал терзать ей душу, заставляя замкнуться в молчаливых мучениях, поскольку она слишком хорошо понимала, что именно ей предстояло в полном одиночестве нести на плечах эту сомнительную ношу — знать о настоящих преступлениях своего спутника. И она страшилась даже подумать, насколько ужасная готовится ей судьба. От того Лагнес могла лишь беспомощно сожалеть, что этот человек не оправдал хотя бы самые первые её, теперь уже казавшиеся бедной девушке совсем не такими ужасными, впечатления и страхи и не оказался самым обычным, простым похитителем женщин из Хаас Дина.

­— Повторяю: всем службам СПМР столицы и лично генерал-майору серу Пегрону де Вери… — громогласно вещал тем временем, сидя где-то в Варгосе у своего холодного тёмного окна, почти не спавший этой ночью капитан Мескольд.

Перед ним стояло его личное кристаллозаписывающее устройство, которое должно было тотчас же отослать это сообщение с главной засекреченной всеми мыслимыми и немыслимыми способами частоты «канала» в каждый из семи основных центров верховного командования.

Один из них — самый главный — разумеется, находился в Кальстерге, однако капитан хотел охватить как можно больше таких центров во всех остальных крупных городах королевства, не говоря уже о мелких мобильных группах связных, служивших чем-то вроде дополнительных точек проверки и коммуникации на внутренних границах сентусских волостей и районов.