Месть самураев (вторая книга)

Даже если бы задержался на кокой-другую, он бы увидел, что эбису оживают, превращаются в духов и растворяются в предрассветных сумерках. А если бы, как и прежде, обладал зрением Богов, то разглядел бы Черного самурая, который на окраине деревни собирал эбису под свое знамя с черепом и костями, чтобы вести в бой. Но ничего этого Натабура не заметил, а как полоумный принялся вместе с подоспевшим капитаном Го-Данго, зиганами и асигару изгонять эбису из деревни.

Он был так воодушевлен легкой победой, что даже не вспомнил об учителе Акинобу.

А когда вспомнил, то подумал, что справится сам. Правда, иногда ему казалось, что он видит фигуру в знакомой стеганой фуфайке, мелькающую где-то рядом. Постепенно они зашли вслед за эбису в лес и даже дальше, в глухие дебри, на замерзшие болота, где треск тростника выдавал каждое движение. И каждый раз, когда Натабура натягивал лук, Язаки молил его:

– Ну, стреляй же! Стреляй!

Эбису, как тараканы в бане, разбегались по лесу. Натабура, ведя стрелой с каленым наконечником за очередным глупым эбису, в конце концов стрелял и убивал его.

Язаки радостно кричал:

– Попал! Попал! Попал!

А Афра возбужденно лаял и норовил отправиться в рейд по кустам, чтобы выгнать оттуда затаившихся врагов, но Натабура удерживал его рядом, полагая, что пса могут легко подстрелить.

Последним явился Черный самурая в доспехах до-мару, золоченых наплечниках и с серебряной нагинатой. Он скакал по другую сторону болота, громогласно смеясь, и черный сасимоно за его плечами издавал характерный звук взлетающий птицы.

Язаки уже не просил, а умолял:

– Убей его! Ну убей! Ну чего же ты?!

Язаки ни на что не наделся. Он даже ни о чем не думал, хотя все еще воображал, что это демон смерти – Кадзан – шутит с ними такие шутки. Даже Афра стал подвывать от нетерпения.

Но Натабура выжидал. Черный самурай скользил за подлеском и камышом, поэтому попасть в него было крайне трудно. Он отпустил тетиву только в тот момент, когда Черный самурай стал удаляться и почти скрылся в лесу, напоследок показав свою широкую спину в просвете между соснами.

Это был единственный шанс, когда Черного самурая можно было снять. И только тогда Натабура сообразил, что не видел под всадником лошади. Как это так? – удивился он и огляделся: вокруг лежала пустыня. Редкие сосны и ели стояли в снежном плену. Хребет Оу возвышался белой громадиной. Да ветер завывал над ним, закручивая вихри снега и предрекая холодную ночь.