Месть самураев (вторая книга)

Самое страшное, что не хочется никуда убегать и прятаться, словно события прошедшей ночи не имеют ко мне лично никакого отношения. Бог живет в честном сердце. Но кому нужен твой Бог?! Может, я устал? – думал он. Может, это конец жизни? Он вспомнил всех женщин, с которыми был счастлив, и, прищурившись, и посмотрел на веселую улицу. Жизнь скользила рядом – беспечная и не желающая ничего знать ни о каком заговоре, ни о каких мертвых заговорщиках.

– Мое имя никто не должен знать. И вообще, я хотел бы сразу же уйти.

– Уйти? – не понял капитан.

– Ну да, – кивнул Натабура, с трудом отрывая взгляд от лица капитана.

Казалось, что его правая, неподвижная часть лица с шрамом жила сама по себе отдельной жизнью.

– А куда? – и подумал, ах, да, бестактный вопрос.

– Домой, – пояснил Натабура. – Куда еще?

– Что-то случилось? – удивился капитан Го-Данго. – Письма я не получал, – ему наконец стало интересно и он сосредоточил свое внимание на Натабуре.

– Случилось, но я не могу сказать.

– Хм… – капитан окончательно вышел из своего отрешенного состояния.

– Нет, не могу, – покачал головой Натабура. – И не смотри так.

– Ладно, как хочешь. Я ужасно рад, что ты согласился. Наму Амида буцу!

Сказать или не сказать? – решал капитан Го-Данго. Сказать, что все кончено, что мы разоблачены, что нет смысла тянуть его в капкан, который вот-вот захлопнется. Кто умеет плавать, тот может и утонуть. Оро?! Он не знал, как поступить. Рано утром Гёки прислал короткую записку, да и сам он услышал базарные сплетни, сопоставил и понял, что ночное убийство касается заговорщиков.

Гёки назначил встречу на вечер. Но до вечера они могут и не дожить.

Натабура вполне дружески посмотрел на капитана. Он многое хотел ему объяснить, но не имеет права. После заварушки, думал он, начнется еще одна заварушка с неясным исходом. Как посмотрит император. Если он решит, что заговорщики сделали благое дело, то все они вновь станут самураями, если же решит, что преступили закон – всех казнят. А в планы Натабуры не входило быть казненным за идеи, которые он не исповедывал, да и самураем субэоса Камаудзи Айдзу он никогда не был и не хотел быть, значит, умирать за него не имело никакого смысла.

Познавший смерть умнее не становится. А вот лишить власти регента Ходзё Дога вполне стоило – хотя бы за то, что он послал их в Лхасу на верную смерть. В этом планы заговорщиков и планы Натабуры и учителя Акинобу совпадали.

Дело заключалось в том, что накануне Натабура встретил его!

Все произошло следующим образом.