Месть самураев (вторая книга)

– Пора убираться, пока к ним не явилась подмога, – он пнул одного из аябито, из-под ноги которого расплывалось кровавое пятно.

Натабура посмотрел на пол, и только теперь обратил внимание на сырой запах крови, смешанный с запахом мочи, испражнений, и вспомнил свой мусин. Вот оно – сбылось, подумал он. Значит, все один к одному! Значит, судьба к нам еще благосклонна.

– Юка! – воскликнул он и бросился в соседнее помещение.

– Стой! – крикнул учитель Акинобу. – Стой! Не шевелись!

Подошел и коротким движением снял у него со спины что-то, похожее на тень.

– Что это, сэйса? – спросил Натабура, в нетерпении делая шаг туда, где находилась Юка.

– Ничего, иди, иди… – спокойно ответил Акинобу, комкая и пряча за спиной то, что снял с Натабуры.

Если бы они за два года хотя бы раз мылись в нормальной бане. Раньше надо было разглядеть. Где же это произошло? Где на Натабуру повесили гэндо Амида64? Не в храме ли Исияма, где мы просили благословения у Богов? О Фудо65, сидящий в пламени, помоги. И как я не догадался, что если постоянно не везет, то на нас лежит проклятие.

Тогда бы путешествие не было таким тяжелым и в итоге бессмысленным. Хотя, собственно, почему? Ведь, по крайней мере, все остались живы! А с Советом Сого я как-нибудь разберусь, пусть мы и потратили его деньги не по назначению. Кто-то в нем очень хотел, чтобы у нас ничего не получилось.

Они вымылись от крови. Но прежде учитель Акинобу обыскал одного из аябито и выпотрошил его кошелек, потом сунул в него гэндо Амида, которую снял со спины Натабуры и, тщательно завязав, повесил на шею.

Когда они с Язаки, впопыхах одевшись, выскочили из предбанника в общий зал, там уже стояли Натабура с Юкой, и Юка в слезах ему выговаривала:

– Я ведь все чувствовала… чувствовала, только сказать боялась. Я ведь думала… что ты чужой, чужой!

– Был чужой. Притягивал ко всем нам неудачу, но теперь все позади, – сказал учитель Акинобу, и потряс кошельком с гэндо Амида. – А теперь, как и прежде, мне сын, а тебе – муж.

– Муж… – как эхо повторила она и ткнулась в обнаженную грудь Натабуры.

– Может, выкинуть эту гадость, сэйса? – спросил Натабура, с благодарность посмотрев на учителя.

– Нет, – покачал головой Акинобу, – она нам укажет, кто наслал проклятие.

– То-то я чувствовал, что мне тяжело дышать, – признался Натабура. – Я сам себя не узнавал. Кими мо, ками дзо!66

– Я тоже тебя не узнавал, – признался Язаки, с почтением поглядывая на Акинобу.

Что же все так? – подумал Натабура.