Рыцарская удача

Зато их заменили некие кальсоны из вполне приятного телу материала, и сделанные всё из той же белой ткани портянки. Ещё и на повторную перевязку осталось, если что. Всё остальное, после пяти, шести утомительных примерок, подошло так, словно было шито по заказу.

Глава 3

А там и дело вполне ходко пошло с поиском одежды и обувки. Разве что носков с трусами не нашёл. Зато их заменили некие кальсоны из вполне приятного телу материала, и сделанные всё из той же белой ткани портянки. Ещё и на повторную перевязку осталось, если что.

Всё остальное, после пяти, шести утомительных примерок, подошло так, словно было шито по заказу.

Мало того, хомячная натура бывалого воина, путешественника и любителя приключений, стала блажить бабьим воем, словно недавно убиенный дедок:

«Возьми на запас! Возьми на запас! Мало ли что… Вон, твоих оруженосцев уже черти куда-то унесли, так они так и остались полуголыми. А вдруг второй круг - адский холод?..»

Холодов Райкалин не любил. Фантазии свои поощрял. Предусмотрительность – вообще баловал.

Поэтому быстро из большого куска полотна соорудил некое подобие «сидора», и накидал туда всё, что не понравилось во время примерки. Зато намного лучше подходило по размеру. Своеобразный рюкзак получился излишне огромным, но некоторые вещи поражали своей выделкой и вышитыми узорами, так что хомяк никак не мог нарадоваться: «Выкинуть всегда успеем! И золото, золото ищи!»

Может местные деньги тут, и существовали, но ни единой монетки в руки человека не попало.

Вывод напрашивался один: ад – сродни коммунизму. И зачем тогда спрашивается, здесь нужен рыночный оскал капитализма?

Всё тот же хомяк не унимался и дальше: настойчиво советовал поискать пищу, оружие и выпивку. Именно в такой последовательности. Хотя оружия снаружи дома валялось, грузи-вози, не перевози. Да и выпивку брать в доме колдуна - умный человек никогда не станет. Но всё равно, нервный стресс снять несколькими глотками забористого вискаря – очень хотелось.

Что самое смешное и странное, во всём доме не нашлось ни крошки чего-то съестного.

Как и ни одного режуще-колющего предмета. И это при сравнении с тем, что творилось снаружи.

«Господи, я ж забыл, где я! – мысленно воскликнул Василий, останавливаясь напротив последнего места, которое он до сих пор не обыскал со всем тщанием. - Здесь наверняка людишки едят огонь, а запивают кипящей смолой. Только вот странно, почему мне так дико хочется именно отбивнушечки с жареной картошечкой?..