Рыцарская удача

Тут же его сопровождающие, не то гридни, не то телохранители, так и не слезая с коней, подтолкнули копьями мужиков пред ясны очи своего командира. Тот вначале показательно снял рукавицу, а лишь затем направил указательный палец на старосту. Наверное это что-то означало в местном фискальном делопроизводстве:

- Почему никто не знал, что паганина, вольного власнеча в веси пригрел?

- Да какой он паганин, ваше сиятельство! - залопотал с некоторым заиканием мужик. – Знахарь он и травник, всё село лечил, от любых хворей спасал, да ещё и урожаи помогал большие выращивать.

Все его любили, и тёмного лика его не боялись…

- Так он ещё и арап? – искренне поразился рыцарь в позолоченных доспехах.

- Арапов много в наших землях…, - развёл руками староста, напоминая, похоже об очевидных фактах. Но указательный палец уже тыкал в старшего кмета:- Ну а ты почему жупану не доложил про власнеча?

Глава 4

- Не было в нём ничего злого или не доброго, никому жить не мешал, - этот тип выглядел более смелым и адекватным, не заикался, по крайней мере.

– Только помогал! Ну и у светлого волхва странствующего я совета спрашивал, как быть. Так он сам с дедом побеседовал, а когда уходил, наказал старца не беспокоить вниманием жупана, и никому о нём не рассказывать.

Тут не удержался от комментария баннерет Молнар:

- Экий ты глупец! Не знаешь, что власнечь любого может заговорить и духом его завладеть?.. Хм! Наверное, он и тебя заговорил… Потому ты его и защищал, ничего не соображая…

Маршал его поддержал, кивая с грустью головой:

- Как и старосту… Особенно, когда этот арап в силу вошёл, - дальше он словно добрый пастырь стал спрашивать: - А сами как у него в доме оказались? Да ещё и на рыцаря бросились?

- Ничего не помним, ваше сиятельство! - весьма искренне и честно ответил старший кмет.

– Помним, что спать ложились у себя по домам, а потом боль, падение – и мы …вдруг здесь встаём на ноги. А доблестные оруженосцы рыцаря Шестопёра нас за шиворот держат… И тут вой раздался…

- Ага, ага, понятно… И вы бежать решили?

- Ну…, страшно ведь! Мы все четверо за вон тот дом забежали со страху…

- Да, вой это страшно, - сочувствующе кивал маршал, вроде как пожалевший селян.

Тем более разительным оказался его следующий приказ своим гридням, отданный спокойным голосом: - Рубите им головы.

Не успели оба мужика вскрикнуть или оглянуться, как их две головы покатились по земле. Следом и оба тела рухнули, фонтанирующие кровью.