Легенда о Расколе: Первый ход

— У меня есть стержень, — прошептал юноша. — Позволь мне!

Хотару смотрел в глаза мальчика. Долго, внимательно, не моргая.

— И каков он? — После длительного молчания спросил Хотару. Монэл лишь мельком глянул на Сару. — Ясно.

— Это возможно?

— Да, это возможно, — Хотару сел обратно на свое место, оглядев ребят, — но не просто. — Пальцы снова застучали по столу еще быстрее чем прежде. Их снова остановил хлопок. — Хорошо, этот шанс у тебя будет. После завтрашних игр все свое время ты будешь проводить в тренировках.

— Согласен, — кивнул Рашит, услышав подобное требование.

Шок от увиденного на секунду поразил всех. Толпа взревела, но на трибунах все еще сидели, раскрыв рты, ведь только что на их глазах не умелый мальчишка одним ударом снес с ног подающего надежды чемпиона, а его клинок понемногу погружался в шею противника.

— Еще раз, Рашит, — уточнил Хотару, — никаких боев, никаких заработков и прочего. Только тренировки, еда и сон.

— Я полностью согласен, — сглотнул Рашит. — Делай все что потребуется. Мы тебе не помешаем.

«— Хорошо, — подумал Хотару, откинувшись в кресле и глянув на склонившего перед трибуной голову мальчика. — Кажется теперь все видят, насколько силен твой стержень, Монэл. Даже я поражен»

Впервые в жизни Хотару аплодировал вместе со всеми и совершенно искренне.

Глава 10

Кровь и огонь

"Первый указ, подписанный императором Октавианом, был о запрете владения людьми. Содержание и продажа рабов отныне каралась смертной казнью" — Семилетняя война: Часть II.

Нортон. Провинция Ахея. Центральные провинции Лирии.

Месяц назад.

Эннир сидел на каменной скамье под пристальным надзором тюремщика, нервно перебирая пальцами. Костяшки на руках даже не покраснели, а боль прошла всего за несколько часов. Отсюда он мог слышать даже как магистрат неустанно ходит из стороны в сторону, а уж об их споре с отцом знал, похоже, весь город.

— Кража и нападение, Дезмонд, — вновь закричал Калавий, — это уже не в какие рамки!

— Да не было там никакой кражи, — в очередной раз повторил Дезмонд.

— Он забрал коня! У стражи! Только за это я обязан бы посадить его в клеть, а сверху еще и нападение! В моей лечебнице лежат сейчас четыре человека, троих из которых не узнать вовсе, если они не пытаются говорить, а один так вообще при смерти! Этому есть оправдание?

— Ты сам знаешь, кого ты набрал в стражу Калавий. Весь город от них в ужасе.