Врата: Северный ветер. Том 4

«Шмель» максимально развивал скорость до двадцати четырёх узлов, но даже экономичный десятиузловой ход для варварских гребных судёнышек чем-то фантастическим.

Катер легко настиг отступающих, а затем открыл методичный огонь осколочно-фугасными снарядами из носового 76-миллиметрового орудия.

Несколько часов погони, совмещённой с истреблением, убедили варваров в том, что от «шмеля» не оторваться. Вот только и попытка отчаянной атакой смять единственный корабль противника, ничем хорошим не закончилась. Бронекатер просто развернулся поперёк течения реки, бросил якоря, а затем ударил из всех стволов – из пушки, обычных и крупнокалиберных пулемётов, автоматических гранатомётов и даже ракетной установки, из которой только с места и полагалось бить.

Собственно, с её залпа всё и началось.

Варварам дали перестроить и начать атаку, а затем ударили реактивными снарядами по хвосту сборной эскадры, а затем чуть ли не в упор расстреляли остальных.

Итогом всего первого дня боевых действий стал разгром пятитысячного отряда южной орды и выработкой тактики для дальнейших действий.

Предварительная разведка с беспилотника, оснащённого тепловизором, артиллерийский обстрел мест стоянок и лагерей, а затем уничтожение врага на открытой воде. А для охраны российского соединения во время ночлега и передышек на два ПТС погрузились две центурии морской пехоты из Дерриды.

Капитан Воробьёв и центурион Гай Пассер мигом признали друг в друге родственные души и начали составлять план по окончательному выдворению супостатов с исконной имперской земли… то есть воды.

Делали это они с большим энтузиазмом и размахом, намереваясь ни много ни мало, а отбить у варваров даже крепость Дер-Годар.

Воробьёв понятия не имел, что это и где это, но был согласен участвовать в любом кипеше, кроме голодовки. Пассер же мигом учуял, каких могучих союзников ему подкинул Единый, провидение и имперское командование, поэтому хотел совершить как можно более крупный подвиг. Ведь какой центурион не мечтает стать трибуном? Или даже легатом.

Правда, учитывая, что русский морпех практически не говорил по-имперски, а морпех имперский ни бельмеса не смыслил в русском, всё общение велось через весьма недовольную этим фактом Эйру.

В качестве взятки пришлось отдать ей весь запас сгущёнки, шоколада и конфет на корабле. Морпехи приуныли, но ненадолго, потому как их имперские коллеги взамен притащили хорошего мяса, а то сухпай многим уже стоял поперёк горла.