Без срока давности

Но оказалось, что радоваться разоблачению фальшивомонетчиков было преждевременно.

Автомобилист, занимавшийся частным извозом, заявил, что получил обе купюры в качестве оплаты за проезд от пассажиров, которых возил сначала в одно из сел пригорода, а потом оттуда – в Белокуриху.

Зато он хорошо запомнил приметы незнакомцев и назвал адрес, где высадил одного из них. Тут же по словесному портрету удалось установить жителя наукограда. И к нему, и к его сельскому приятелю немедленно направились оперативники.

Следствие уже разрабатывало версию, касавшуюся одного из жителей указанного населенного пункта. А именно – Петра Любимова, который ранее уже побывал на скамье подсудимых за изготовление в целях сбыта поддельных банковских билетов. Но таксист указал на другой дом, где, как позже выяснилось, уже были предупреждены о возможном визите представителей закона.

Там проживала семья Пироговых – переселенцев из Средней Азии, не сумевших уберечь сына Николая отнаркотиков, а затем и от драки, в которой тот нанес телесные повреждения своей жертве.

Им только что позвонил приятель Николая и сообщил, что попался на сбыте фальшивых денег.

Но телефонный звонок из города повлиять, ни на что уже не мог. В двери постучали, и на пороге показались люди в форме с погонами в сопровождении понятых, приглашенных для проведения обыска.

В доме Пироговых отыскали несколько десятков поддельные купюр. Те, что получились почти как настоящие, хранились в коричневом кожаном кошельке, спрятанном в платяном шкафу, а плохо пропечатанные наполняли несколько конвертов, также изъятых в качестве вещественных доказательств совершенного преступления.

В том же селе провели обыск и в доме Петра Любимова.

У него «самодельных денег» не было, зато имелся современный, последней модели, многофункциональный электронный аппарат, совмещавший в себе функции сканера, принтера и ксерокса, на котором, по признанию всех задержанных, они изготавливали тиражи незаконных цветных отпечатков, скопированных с настоящих денег.

Устройство не могло далее оставаться в руках подозреваемого в совершении тяжкого преступления. Так что теперь было изъято.

А вот звонивший приятелю в село Леонид Багин, желавший, видимо, предупредить сообщника, к той поре тоже ничего уже не скрывал. Да и не было в том смысла. Ведь если у него ничего подозрительного сразу не отыскали, то в квартире родной сестры, проживающей в Заречье, тайников оказалось хоть отбавляй.