Война теней (II)

Сейчас в порубе отлеживается. Не Микола, петух тот заезжий.

То есть, людей-игроков славяне перебили вместе с Хранителем (хотел бы я посмотреть на того, кто Хранителя убьет!), а их бота захватили?

Хм… зачем бота перевозить? Мажоры, что ли, лютуют? Даже слуге коня купили?

Неожиданно для себя я спросил:

— А можно мне на него взглянуть?

Во взглядах Огнева и Ангела в кружевах проснулась подозрительность. Секунду я трепыхался в сети их взглядов, потом староста разрешил:

— Ну, пойдем в поруб, взглянешь.

На нарушителя, конечно, не на поруб.

И вновь меня пропустили вперед, только на этот раз я всерьез подозревал, что ладонь Огнева теперь покоилась на обухе топора, заткнутого за широкий пояс.

Меня провели к порубу. Походя я помог Миколе разобраться с управлением конем, савраска сразу угомонился, чем я заслужил застенчивую благодарность.

— Гляди, Лис, — буркнул Огнев, отодвигая засов на круглой, как в доме хоббитов, двери.

Сначала я ничего не заметил, только вздрогнул от исходящего изнутри холода.

Кто бы там ни лежал, я ему посочувствовал. Так и околеть недолго.

Потом я узрел в углу глубокой землянки с низким потолком кучу сена и темных тряпок. Мгновением позже, когда глаза окончательно привыкли к мраку, понял, что тряпки — на самом деле спящий человек. Не игрок, а именно персонаж человеческой расы, НПС. Его профиль был закрыт.

Приблизившись осторожно, я попытался рассмотреть лицо спящего. И был разочарован. Ни одежда (простенький камзол путешественника из бычьей кожи, такие же штаны и сапоги), ни снаряга (широкий пояс с бронзовой бляхой, короткий меч в примитивных ножнах), ни внешность мне были незнакомы.

Единственный вывод, который я смог сделать, — это не боец. А, если и боец, то очень низкого уровня. После достижения десятого уровня фигура персонажа начинает меняться: появляются мышцы, раздаются вширь плечи и грудная клетка, на коже возникают шрамы. В общем, матереет персонаж. А этот — задохлик. Точно — чей-то слуга.

Я выпрямился. Огнев понял все с полувзгляда, ухмыльнулся в бороду, уронил:

— Что ж, пойдем тогда, Серый Лис, трапезничать.

В землянке было душно и дымно из-за очага без дымохода.

Распахнув тужурку, Огнев шумно скреп ногтями волосатую грудь, развалившись на лавке. Я на автомате поглощал пресную похлебку из трав и каких-то корешков, вылавливал редкие куски куриного мяса, да запивал все свекольным квасом.