Мастер теней (III)

Надо же! В меня пульнули уникальным ядом! Ценность его столь же высока, как и у секретных заклинаний, вроде того, каким накрыли Дарквуд во время осады.  Это просто нечто! Ведь единственный раз использовав что-либо уникальное, ты даешь шанс алхимикам, аптекарям или магам создать противоядие. Грубо говоря — базу антивирусов, куда сразу же внесут и новую отраву. Потому каждый новый яд тщательно бережется и используется в особых случаях. На самом деле конструктор алхимиков и магов создает отнюдь не бесконечные вариации.

«Это кому же я так насолил? — подумал я растерянно. — Черт! Как меня вообще узнали и нашли?!»

Мысли мои прервало появление убийцы.

По черепице на крыше шаркнули легкие шаги, мелькнула тень. И в тупичок спикировала фигура в балахоне.

Боевой режим!

— Ты кто такой?!

Профиль нападающего был закрыт. Я видел только юркую фигуру в черном балахоне с бляхами серебристой брони в резьбе и вензелях.

— Серый Лис, — прошипел убийца, — я пришел передать тебе привет от Лилит!

Чего-о?!

Я не успел опомниться, как мне в голову прилетел сюрикен.

«Как плохо без шлема…»

Левой рукой ассасин красиво отбросил полу плаща, пальцы в обрезанных перчатках сорвали с пояса крючковатый кинжал из голубой стали. Звонко пропело оружие, со свистом рассекая воздух. И убийца принял какую-то экзотическую позу, словно из фильмов про Шаолинь.

Ну, это он зря.

Двигался убийца легко и плавно, только как-то слишком манерно, будто в танце. Это и было его ошибкой. Все боятся змей не от того, что они ядовиты, а потому, что твари внезапны. Для убийства им требуется всего один бросок. Пчелы, как говорится, жалят, а не порхают, как бабочки.

Парень только отбрасывал плащ и хватался за премиум-нож, а я уже бросился в атаку. И в тот момент, когда он старательно принимал асану то ли из йоги, то ли из Камасутры, я бил.

Подлетев с противоположной от ножа стороны, я выбросил кулак, метя в ту часть капюшона, где голова должна смыкаться с шеей. Ассасин хрюкнул, опрокидываясь. Я вновь сорвал дистанцию и ударил коленом в голову. Послышался отчетливый хруст, на серый камень мостовой плеснуло красным.

Убийца брякнулся на обе лопатки, его нож прозвенел по камням. А я обнажил клинки и уселся киллеру на грудь.

— Какого черта?! — прорычал я в бешенстве.