Сага об орке. Начало

— Такую женщину грех заставлять ждать, — утер рот тыльной стороной ладони Варди, — мы поговорим утром.

Хозяин пожелал спокойного сна, что-то там про троллей, и удалился в противоположную от входа сторону, скрывшись за перегородкой.

***

Кажется я все-таки отключился прямо за столом, ибо очухался от того, что меня кто-то пытается растолкать. Ага, локти на столе, подбородок на кулаках — поза утомленного гостя.

— Да, да, да. Щас...

— Пойдем, Асгейр, я покажу, где ты будешь спать.

Ага, та самая молодая орчанка, что обрабатывала меня в бане вениками.

— Ты же Кайса?

— Каиса. Меня зовут, Каиса.

— Я запомню, — как можно игривее произнес я, попытавшись погрозить пальчиком.

В доме было уже довольно сумрачно. Один слабый огонек светился где-то над входом, второй — в той стороне, где скрылся хозяин. Немного красноватого света давали угли в очаге.

— Красиво. — пробормотал я в пространство, — Надо будет дома так сделать.

Примерещилась моя комната, где посреди комнаты, между кроватью и компом возвышается подобие такого же очага.

— Во-во, а угли пусть искусственный камин изображает.

Каиса чуть ли не оттащила меня куда-то в сторону. Похоже постелили мне прямо на полу — на деревянном настиле был раскатан тоненький матрасик, в головах кинута подушка. Чтоб укрыться — шерстяное одеяло. Подумаешь! Да на вписках еще и не так приходилось перекантовываться. Хуже всего, конечно, была ночь, проведенная на надувном матрасике на кафельном полу. Матрасик быстро сдулся, так что к утру я отлежал все бока и охрененно замерз.

Скинул обувку, подумал секунду, раскачиваясь в позе будды, одежду снимать не стал, только пояс свернул и сунул под подушку. Подушечка, любовь моя! Нежно прижался щекой. Одеялко, тебя я тоже люблю, иди сюда...

***

Долго мне спать не дали. Чьи-то ловкие пальчики выпростали край одеяла из моих ладоней, откинули.

— Ты кто?

Шепот получился сдавленным. А потом и вовсе, на мои губы на миг легла мягкая ладошка. На мгновенье нос уловил терпкий запах мускуса, а еще: мха и сырой земли.

Наверно глаза привыкли к темноте, в сумеречном свете разглядел Каису. Чертовка склонилась надо мной и шустро расшнуровывала ворот рубахи. Вот кстати! Эдак и удушиться во сне мог бы! Хотел было поблагодарить, но она сдернула рубашку с меня, а затем ее пальчики занялись завязками штанов!

Ого! Кажется что-то намечается! И все же...

Вот не люблю толстых. Что называется — не стоит у меня на них.