Кэйтлин. Дочь оборотня

У него на глазах убили всю его семью: отца, маму и младшего брата. Его самого долго пытали, требуя, чтобы он работал на них, и когда он уже почти сломался, Дэн вытащил его оттуда, попутно вырезав всех охранников. Найк это все видел и впал в какой-то эмоциональный ступор. Его лечили где-то в закрытом военном госпитале, потом Морган забрал его к себе, но состояние Найка внушало им опасения. Прогнозы врачей были нерадостные, возможно, он так и останется бесчувственным до конца своей жизни.

Не знаю, насколько оправдались бы опасения врачей, если бы не Крис.

Он просто с головой ушел в тайны программирования. Оказалось, у него большие способности к этому, потому он все время теребил Найка, терзая того вопросами по любой теме, просил позаниматься с ним дополнительно. Таскал его с собой в столовую, следил, чтобы тот ел, спал. Крис стал его тенью и, в конце концов, притащил его ко мне в комнату на наши посиделки. Сначала Найк просто молча сидел, забившись в угол и вряд ли слышал, о чем мы там говорим или чем занимаемся. Но тут вмешался случай.

В один из вечеров, когда я снова и снова буквально впихивала в Грина химию, Крис что-то опять разглядывал на мониторе ноута, а Найк просто молча смотрел в окно. Грин забастовал:

— Слушайте, я больше не могу. Ну не идет эта химия у меня, не понимаю я, никак. Я вообще не понимаю, как ты можешь добровольно проводить столько времени в лаборатории Лео и сидеть над колбочками.

— Грин, мне нравится заниматься экспериментами, нравится химия, я хотела стать врачом… — тут я прикусила язык, рассказывать о своем прошлом мы никогда не пытались и не спрашивали других.

Но в этот день, похоже, все было странным.

— Врачом? Это, наверное, здорово. А я хотел быть водителем-дальнобойщиком, — Грин грустно смотрел куда-то в сторону, — хотел уехать, далеко-далеко, чтобы больше никогда не видеть своего отца.

— А я не хотел жить, — я даже не узнала голоса Криса, настолько это был незнакомый, сухой, какой-то хрипящий голос человека, который прошел через что-то совсем страшное.

Мы все переглянулись и я, видя, как Найк оторвал взгляд от окна и посмотрел на нас, вдруг решилась:

— Мы с мамой все время убегали от кого-то….

Когда я замолчала, Грин рассказал про свою жизнь. Потом Крис, иногда вытирая слезы, рассказывал о том ужасе, в котором он жил в детстве. Я ревела навзрыд, не скрываясь, потому что то, о чем говорил Крис — это был просто ад.