Сегодня была война

На этом и закончился наш разговор, мне еще тогда подумалось, выжить бы тебе старлей, хороший командир из тебя получится, правда, когда реалии войны мозги малость прочистят, главное, что не шкурник, о людях своих переживаешь. Но вряд ли вместе воевать получится, слишком пока, идеологически зашоренный коммунистической пропагандой, не по тем параметрам на своих и чужих людей делишь.

Двигались мы, под палящим солнцем, на юго-восток, в то же время на севере-востоке в это время раздавалась удаленная канонада, не сильно различимая, так достаточно удаленно погромыхивало.

Я пылил по военной июньской дороге, 41-го года, все что со мной происходило было, как бы не совсем со мной, и все эта реальная не реальность, была никакой не виртуальной, а самая настоящая, но все едино ну никак не воспринималась естественной. Шаг за шагом, я вместе со всеми уставал от этой знойной дороги, пылил при этом абсолютно особо сильно не напрягаясь, не в смысле физическом, а в смысле морально-психологическом.

По моим прикидкам, после различных разговоров с местными, и одновременно вспоминая географию того прошлого, одновременно нынешнего моего пребывания, я оказался на самом южном фасе наступающей центральной группы противника, где-то на границе между Белоруссией и Украины, а двигались мы скорей всего по северу Украины.

Сегодня было 28 июня, насколько помню, как раз в этот день немцы Минск взяли, говорить об этом никому не стал, не поверят, а вопросы не нужные задавать начнут, и так все угрюмые и злые идут, между собой почти не говорят, лица потные одежда в пыли, а впереди полная неопределенность.

На встречу нам никто не двигался, все пылили в одном направлении, в основном пешими или на телегах, люди тащили свои пожитки, несли на руках маленьких детей, изредка обгоняли машины, в основном полуторки, оставляя за собой густой шлейф пыли. Несколько поодаль в стороне от тракта гнали разномастный скот. Время от времени встречались небольшие группы солдат понуро бредущих среди гражданских.

Местность пошла лесостепная, степь с небольшими вкраплениями лиственного леса, тракт все больше и больше заворачивал на юг.

Первый звонок прозвенел ближе к обеду, от куда-то со спины раздался с неба гул самолетных двигателей и над головами беззащитных людей пронеслись тени двух немецких самолетов, и на людей посыпались пули. Это произошло настолько неожиданно и быстро, что никто сразу не среагировал.