Плевать мне на игру! Сопряжение миров

Щиты, мечи и молоты посыпались на землю практически одновременно.

– О чём я и говорил, – раскрытой ладонью Эльдман указал на паладинов. – Они напуганы и всё ещё живы.

– Пускай и так, ты всё равно перегнул палку, – Нефиус хоть и был нежитью, не терпел, когда страдают невинные, а в особенности те, с кем он вырос и сражался плечом к плечу.

– Где Анна? – спросил Нефиус у паладинов. Вместо ответа они продолжали таращиться на него.

– Говорите, если не хотите стать нашим ужином, – глаза Эльдмана переливались зелёными огнями, от чего он оказался ещё опаснее и страшнее.

– Где жрица света? Она в этом лесу? Ждёт вашей команды?

– Её с нами нет, – ответил раненный в бок мужчина.

– Тогда где она? – потребовал более четкого ответа Нефиус.

– Мы не знаем. Она может быть где угодно, – ответил паладин. – Мы вместе покинули Скарнаган, но с нами она не пошла.

***

По приказу Ричарда семнадцатого Женгроя лишили власти, дома, одежды и вывезли за границу маяков последней надежды. Женгрой не боялся унижения и смерти.

Всё что его заботило – это благополучие Скарнагана, поэтому, даже оказавшись в мёртвых землях, он продолжал твердить:

– Враг уже проник в Скарнаган. Медея погубит всех вас! Вы должны её остановить!

Женгрой до последнего старался достучаться до паладинов, но те не хотели его слушать. Ведь из всех людей, что когда либо занимали должность советника, Женгрой был самым мерзким. Он вечно был всеми недоволен, подозревал в измене, всегда находил к чему придраться и за что наказать.

Именно поэтому вместо того, чтобы прислушаться к его словам паладины скалились и злорадствовали – дескать, Скарнаган живет по древним законам, главным из которых является воля короля. И если король сказал умирать, то нужно умирать. Чтобы Женгрой не вернулся назад, паладины оставили на его запястье глубокий порез и выставили за границу света.

Понимая, что помощи ждать неоткуда, Женгрой босиком, в одной рубахе пустился бежать по проклятой сухой земле.

Назад ему дороги не было. Тут же схватят и вздернут, а потом ещё и сожгут, чтобы не ожил. У изгоя оставалась всего одна надежда. Что Ричард передумает и пошлёт за ним, но до тех пор ещё нужно выжить.

На несколько километров ни души. Даже деревьев и тех не было. Только мёртвая равнина. Женгрой с опаской поглядывал по сторонам и продолжал идти по краю границы. Он знал, что нежить учует человеческую кровь на любом расстоянии и не ошибся.