Небесный наследник. Том 1. Том 2

— Выше всяких похвал!

Виктор Германович затянулся, выдохнул.

— Самый первый вкус — кедр. Чувствуете?

— Да, безусловно! — прокурор облизнул губы. — Древесный привкус ощущаю.

— Потом, чуть мягче — ореховые ноты. Потом, немного погодя, чуть суховатый, перечный. И завершает анис с переходом в медовые тени.

— Аниса не чувствую, — смутился прокурор.

— Он будет в конце, — снисходительно улыбнувшись, пояснил Николаев. — Когда сигара дойдет до середины или к трем четвертям. Не переживайте, просто получайте удовольствие.

— Спасибо вам большое, Виктор Германович, за такую увлекательную лекцию. Я ведь не столь тонкий специалист в сигарах, но ценитель. Люблю, знаете ли, после ужина выкурить одну под коньячок.

— Вот для этого я вам и хочу преподнести вот этот подарок.

Николаев пододвинул коробку ближе к прокурору.

— Что? — Михаил Игнатьевич был явно растерян от такого подношения. — Так ведь... как-то неудобно.

— Ну что вы! Берите.

— Спасибо большое, я право даже не знаю, как вас отблагодарить.

— Ну какие могут быть благодарности? Вы и так мне часто помогаете в моих делах.

— Верно, — смущенно кивнул прокурор.

— Вот недавно с моим конкурентом вопрос закрыли.

— Так там все по закону, — тут же спохватился прокурор.

— По закону, а как иначе? Только так. Потому что вы и есть закон.

— НУ довольно льстить!

— Не льщу, правду говорю. Так что этот небольшой презент — лишь малая часть той благодарности, которую я могу вам выразить.

— Спасибо, Виктор Германович! Еще раз огромное спасибо!

Прокурор затянулся, закашлялся.

— Вот теперь чувствую анис!

Оба рассмеялись.

Некоторое время курили молча, наслаждаясь вкусом. Потом Николаев осторожно начал то, ради чего вообще все это затевалось:

— Михаил Игнатьевич, видел недавно новости — такие ужасы творятся. Правда, что на Императора государя покушение было?

— Правда, сущая правда, — кивнул прокурор, в миг став серьезным.

— И даже кадры были с места преступления.

— Верно. Все в императорском дворце произошло, там этот турнир бойцовский опять был, — Михаил Игнатьевич сморщился.

— Задержали виновных?

— Задержали. Всех задержали.

— И кто это? — еще более осторожно спросил Николаев.

— Пацаны, — махнул рукой прокурор. — А что? Кто-то знакомый среди них есть? Только не говорите, что ваш родственник там...

— Нет, ну что вы! Никаких родственников в этом жутком преступлении быть не может. Мой род такое осуждает. Мы всецело всегда поддерживаем Императора.