Небесный наследник. Том 1. Том 2

Сейчас — едва ли кто вспомнил бы.

Отец был суров, непоколебим и не пробиваем. И так же непробиваем был он в части личной жизни. Графа Райнара Анхельда знали все, а вот о его личной жизни — абсолютно ничего. Поэтому Рейн мог наслаждаться жизнью обычного ребенка, не знающего докучливости и пристального внимания со стороны других людей.

Только теперь Рейн понимал, что эта скрытность отца и спасла ему, сыну графа, жизнь.

Отец курировал северное направление страны, где в то время была особо напряженная ситуация.

Соседи, не согласные с разделением территорий, часто устраивали провокации и диверсии, пытаясь навязать государству военный конфликт. Им нужна была война — чтобы немедленно просить военную помощь у своего западного старшего брата.

Одна из таких диверсий и произошла в ту злосчастную ночь. Вооруженная группа вторглась в пограничный пункт, подожгла пост, расстреляла солдат и вновь ушла на свою территорию.

О случившемся Райнар Анхельд сообщил Императору в эту же ночь. И предложил жестко ответить на этот выпад.

Нельзя было спустить это с рук, потому что не ответь сейчас, получишь еще раз. Нельзя оставлять смерти жителей своей страны без ответа. Тем более таким жестоким способом. Так считал отец.

Император считал иначе. Он не хотел ввязываться в кровавые разборки, мотивируя это тем, что очередной войны бюджет страны не выдержит и лучше все спустить на тормоза и сгладить ситуацию. А с обидчика спросить потом. Возможно, ввести какие-нибудь санкции или экономические меры.

Поэтому поручил не распалять конфликта и держать все в тайне. Сглаживать.

Сколько было ругани в тот час, когда Райнар вышел из кабинета Императора, не знает никто. Но говаривают, что именно с той ночи стоящий в прихожей лотос, который так любил Император, начал чахнуть и все никак не расцветет до сих пор.

Райнар Анхельд, не согласный с таким решением государя, поручение его решил передать с запозданием. Отец знал, что на границе уже идут стычки — местные жители, уставшие от постоянного напряжения и молчание властей, взялись за вилы и пошли на противника.

И успешно его уничтожали. Поэтому разнимать сейчас их будет бессмысленно. Пусть вырвется весь пар с сорвавшейся крышки. Так будет лучше, чем пытаться завинтить ее обратно.

Группа противника, нарушившая территориальные границы и убившая солдат, была уничтожена к утру. Всех убийц изловили, распороли животы и вздернули еще живых на столбах.

В это же утро от соседей пришла нота протеста.