Перекресток

 Словно отвечая ее словам, с улицы донесся надсадный старческий кашель, затем скрежет входной двери и тяжелые шаги в небольших сенях избы.

 – Накрывай на стол, старая! – Пророкотал вошедший лысый крепкий старик с длинной седой бородой. – О гостьюшка у нас! Добралась, таки!

 – Здрасьте, – пролепетала из угла Лиза.

 – И тебе не хворать, – он вытер руки о висящую на стене ветошь и уселся за стол. – Мясо я разделал, убрал в ледник. Один кусок сейчас жарится под навесом. Давай слегка перекусим, а уж чуть позже нормально поедим.

 – Как скажешь, – бабка ловко сняла горшок с печи и поставила на стол. – Присаживайся к нам, доченька. Вот и ложка тебе! 

 Усольцева очень осторожно присела рядом с бабкой и взяла в руки ложку.

 Первым опустил в горшок свою ложищу дед. Прищурившись, пожевал и проглотив, удовлетворенно кивнул своей жене. Бабка смущенно поджала губы и тоже опустила ложку в горшок. Затем оба посмотрели на Лизу. Девушка аккуратно зачерпнула каши и, подув, попробовала.

Казалось, что лучше она и не ела никогда. Каша просто таяла во рту!

 Правильно оценив состояние девочки, дед хмыкнул и снова полез в горшок ложкой. Так они и ели, строго соблюдая очередь, пока ложки не заскребли по дну посуды.

 Лиза осоловело откинулась от стола и прислонилась спиной к деревянной стене избы. Глаза предательски слипались… 

– Проснись, деточка, – разбудил ее рокот деда. – Вот твоя порция! 

 На стол он опустил тарелку с несколькими большими кусками, исходящего паром, жаренного мяса.

 – Ешь, – указал волосатым лицом на мясо старик. – Заслужила! Так хорошо бабку мою вылечила, что любо – дорого посмотреть. Она тебе не рассказывала, как рану -то получила?

 Дед хохотнул и уселся напротив. Лиза помотала головой, так как ответить с набитым ртом была не в состоянии.

 – Еще бы, – продолжал ухмыляться в бороду дед.

 Лиза глянула по сторонам, но обсуждаемой старушки видно нигде не было.

 – В сарай пошла, свиней кормить, – правильно понял ее дед. – Так вот, слушай! Стал у селян местных удой пропадать. Молоко значит, с коров сцеживал кто – то раньше хозяев.  Они уже и двери подпирали и охрану выставляли, а все одно, как не придут, так молоко уже все на полу и на земле под коровами.