Легенды Отрезанного Простора

«А с кем война? И кто сейчас герои? И на правой ли я стороне?» — сокрушался Адхи, замечая, как солдаты носятся вокруг крупных пушек, зажигая фитили, скрипя колесами, чтобы развернуть орудия.

— Капитан, конница обошла наших с правого фланга! — доложил один из солдат, глядя в длинную трубку со стеклышком на конце. Адхи приметил такие в стане кудесников, с их помощью непостижимым образом приближали далекие расстояния, пусть только для пытливого взора, а не для тела.

— Ударить по неприятелю на правом фланге! — приказал безымянный капитан.

В племени орков он бы уже сделался вождем за беззаветную смелость, как решил про себя Адхи.

— Ваше благородие, но тогда мы останемся без защиты с тыла, — дрогнул голос одного из солдат. И словно бы он один боялся, словно бы он один выражал неповиновение.

— Слушай мою команду: развернуть орудия! — неуклонно твердил «его благородие», что бы это ни значило, бравый командир.

«Да он знает, что они все погибнут! Все они знают!» — содрогнулся Адхи, замечая на лицах все те же застывшие улыбки, как будто батарея в окруженном редуте шла на праздник, как будто их встречали грохотом музыки, а не воем снарядов.

Будто совсем рядом не кричали раненые лошади, не хрипели умирающие солдаты.

— Огонь! — коротко приказывал командир, пока с другой стороны к редуту все плотнее стягивалась вражеская конница. Она наползала жадной саранчой, которая в жаркие засушливые годы губила траву на плодородных пастбищах. Тогда-то голодные орки на истощавших лошадях кочевали бесприютными сиротами с умирающими стадами, отыскивая свободные от нашествия крылатых вредителей места.

Но саранча зачастую опережала их, переносимая потоками ураганных порывов.

И в такие времена на лицах отчаявшихся порой тоже застывал бессмысленный оскал, усиленный вылезшими из десен зубами на фоне осунувшегося лица. Но здесь, под гнетом новой напасти, бойцы не замирали в бессмысленном веселье: они суетились вокруг орудий и переговаривались, порою весело шутя, пусть уже и не слыша собственных голосов, оглушенные воем зарядов, ослепленные клубами дыма.

«Если они погибнут, если я что-нибудь не сделаю, то защитит ли меня щит белых линий?» — испугался Адхи, все более тревожно глядя на то, как с незащищенной стороны подбираются враги. Они подгоняли свои орудия, готовясь смести редут как ненужную преграду. С далекого расстояния страшные люди на бессчетных лошадях и с перьями на шлемах выглядели единым бесконечным монстром, Змеем Хаоса, отраженным сотней черных линий.