Легенда о Расколе: Игра жизнями

Все, кто успел к этому времени вернуться в штаб легиона, выглядели, по меркам трибуна, мягко говоря неподобающе. Слои сажи на коже и доспехах, порванные плащи, выдранные гребни из шлемов, щетины и кровавые потеки. По правде мало кто из офицеров сейчас задумывался о внешнем виде, тогда как сам трибун выглядел с иголочки.

— Я спрашиваю, что у вас с внешним видом? — повторил трибун. — Вы офицеры легиона или нищета из отхожей ямы?!

— Больше не повториться, — заверил трибуна Вито Лосано.

— Уж постарайтесь, — оскалился трибун.

— Кто явится сюда в таком виде снова — получит пятнадцать ударов плетью. Марко Ортего, шаг вперед, — Марко вышел вперед. — Доложитесь.

— К пятому дню осады, — начал он безэмоциональным, монотонным тоном, — в боях с превосходящими силами противника, легион понес потери в... — он покосился на Вито и тот указал на пальцах, — тысяча человек убитыми и полторы тысячи ранеными.

— Это почти половина личного состава, центурион.

— Так точно, — кивнул Марко. — Враг атакует без остановки всеми имеющимися силами.

Если бы не грамотные действия офицеров легиона, потери были бы куда больше. На данный момент восточная часть стены является самым прочным участком нашей обороны. Удар по центральной и западной стенам оказался намного сильнее. Ворота на этих участках с трудом держатся и могут отказать в любой момент. Мы укрепляем их как получается и стараемся не подпускать противника близко.

— Я сам осмотрю укрепления, — фыркнул трибун. — Кто приказал поднять Врата Адриана?

— Это был мой приказ, господин трибун, — тут же ответил Марко.

— Это был еди...

— В любой момент здесь может оказаться флот адмирала Метэлла, центурион, — грубо перебил его трибун. — Своими действиями ты осложнил возможность контрнаступления. Впредь держи свои безумные идеи при себе и следуй уставу. Я доложу твоему командованию об этом при первой же возможности.

— Господин трибун, — вмешался Вито Лосано, — позвольте...

— Я не давал тебе слово, центурион, — тут же огрызнулся трибун и, усмирив грозным взглядом Вито, он взял из рук магистрата бумагу.

— Твой приказ? — показал он бумагу Марко.

— Так точно, — кивнул Марко.

— «Именем императора приказываю вычистить склады до последнего зерна...» — зачитал трибун. — Ты шел в армию грабить, центурион? Отнимать у граждан их собственность? Еще раз убеждаюсь, что на границу набирают только отъявленный сброд.

Трибун разорвал бумагу в клочья и бросил обрывки в камин.