Костяной Скульптор. Том 1

Глава 6

Если бы у нежити существовал рвотный рефлекс, я бы сейчас точно лишился всего содержимого потенциальных кишок. Падая, ударяясь о стены, переворачиваясь, цепляясь единственной оставшейся целой рукой за неровности породы, что заставляло моё тело крутиться только быстрее, я летел по почти отвесному жёлобу не меньше сорока секунд.

И вот, наконец-то, всё остановилось. Узкий тоннель плавно повернул, став практически горизонтальным, в результате чего моя многострадальная тушка, ещё несколько раз перекувыркнувшись через голову, замерла.

Я спасся. У меня не было ног, половины позвоночника и двух третей рёбер, две руки из четырёх были оторваны напрочь, от ещё одной осталась лишь бесполезная плечевая кость, а единственная целая рука лишилась двух из пяти пальцев, нижнюю челюсть почти оторвало, а на черепе, судя по всему, было немало трещин.

К счастью, он не раскололся, а значит, я всё ещё был в строю. Приняв максимально удобную позу — перевернувшись на спину и вытянув оставшиеся руки вдоль тоннеля, я стал дожидаться, пока все повреждения восстановятся.

Но в моём состоянии лучше было потерпеть и убедиться, что все оставшиеся косточки будут работать в полную силу, а неудачный удар по голове не придётся на существующую трещину.

Убедившись, что всё срослось, я перевернулся обратно на живот и, без особых проблем, подтягивая мощной тигриной рукой своё сильно полегчавшее тело, пополз дальше по тоннелю. Обратно двигаться было бессмысленно: с одной только конечностью по практически отвесному колодцу я никогда не взберусь.

Так что оставалось только попытать счастья в глубине этой странной дыры, авось наткнусь на что-то, что поможет мне вернуться на второй уровень.

Ползти пришлось долго, причём в кромешной темноте, где даже мои мёртвые глаза оказывались бессильны. Коридор постоянно изгибался в разные стороны, пару раз снова становясь практически вертикальным. В таких случаях я просто переваливался через край и катился под уклон до очередной остановки, а после снова отлёживался, дожидаясь восстановления повреждений.

Вверх, к счастью, ни одного поворота не было, иначе это точно был бы финиш. Но, наконец, вдалеке забрезжил свет. Далеко не такой же яркий, как в стилизованных шахтах, но это уже было хоть что-то. По крайней мере, мне не надо будет ползти по этому тоннелю вечно, чего я уже в тайне опасался. Осторожно, стараясь лишний раз не шуметь, подтянув себя к выходу из каменной кишки, я оглядел окружение.