Первый танец Рапсамаш

Не зря столько лет она воспитывалась своим народом, вбирая в себя его традиции, она будет вам превосходной наложницей! Глядите же, глядите!

Рапсамаш оставалось порядка двадцати шагов, чтобы оказаться прямо у стола Визиря и пронзить его Суиравкой. Отточенные до автоматизма движения, выученные чуть ли не с самого раннего детства, придавали ей уверенность и смелость. Она уже здесь. Еще немного. Еще совсем немного. Она вернет то, что они украли у них. Она вернет свободу своему народу.

Платки струились в воздухе, вызывая восхищение у всех присутствующих.

Звон браслетов и монист сливался с музыкой, вводя танцующую девушку в транс. С каждым шагом она все больше погружалась в танец, не спуская пламенеющего взгляда со своей цели. Пятнадцать. Мелодия даже не успеет закончиться, как он будет уже мертв. Двенадцать.

– Прекрасно. Это же прекрасно, сир Гедар! Мне чуть ли не жаль отдавать ее вам!

– Великий Парес-ур, в наших договоренностях была не одна рабыня, а все рабы. ВСЕ, рабы, Великий Парес-ур, – резкий голос черноволосого в доспехах, которого Визирь назвал Гедаром, сбил одного из музыкантов с такта.

– Но что же вы, сир, не мешайте танцу! Это очень важный день для столь прекрасной девушки!

Рапсамаш подбросила платки вверх – те, словно живые, волнами пронеслись по воздуху, прежде чем она ловко и грациозно поймала их, не дав совсем опуститься на мозаичный пол. Десять.

– Великий Парес-ур, я еще раз повторяю. Мне нужна не одна рабыня. Я пришел забрать всех, что есть. Мне нужны все, Парес-ур, – черноволосый явно негодовал и, в отличие от всех присутствующих, ему не было никакого дела до танцующей девушки.

– Сир, прошу, не стоит портить сей момент! Вы собьете даму!

Рапсамаш слышала только музыку и стук собственного сердца. Прыжок вперед, два оборота на правой ноге. Семь. Шагнуть левой, подставить правую, плавно наклониться. Шесть. Вращение, движение бедрами. Пять.

– Довольно, Парес! Остановите эту безвкусицу! – Гедар резко встал и ударил кулаком по столу.

От неожиданности кто-то из гостей вскрикнул, музыканты прекратили играть.

Рапс, сделав еще пол шага по инерции, остановилась, не понимая, что происходит. Четыре шага, всего четыре шага. Одним рывком она могла бы…

– Сир, да как вы можете! Мы же обговорили с вами, что я не могу отдать вам всех, но отдам лучших! Вот, она одна из них, я расстаюсь с одним из своих наипрелестнейших сокровищ, а вы портите…

– Парес, меня утомили твои увещевания. Я пришел за всеми – я заберу всех. Такова воля Короля.