Дракон Нерождённый

— У тебя остались вопросы?

— Да! Почему этот твой человек в долине сам не потрудится и не принесёт тебе книги? Похоже, он знает крепость как свои… сколько бы то ни было пальцев!

— Он находится на своём месте и поставляет нам очень ценную информацию. К тому же, он не всесилен и некоторые приближённые Геднгейда относятся к нему с подозрением. Надеюсь, ты удовлетворена.

— Я буду удовлетворена, когда…

— Теперь ты, колдун. Зиру и её шайке понадобится время. Чтобы обеспечить его, ты ворвёшься в долину с северо-северо-востока, вот здесь, — на магической карте появилась пульсирующая красная точка.

— Твоя задача будет состоять в том, чтобы устроить самое разрушительное и громкое действо. Примени все свои умения и способности, я хочу, чтобы Отшельник из Керн-Роварра занялся тобой лично, чтобы всё его внимание и всё внимание его слуг было сосредоточено на тебе, отродье Тьмы.

— Когда в деревню врывается дракон, никто не думает о мышах в амбаре, — прошептал Эгидиус Малодушный.

— Верно. Хотя я всё ещё сомневаюсь.

Не привык хватать первое, что подвернётся под руку, в механизме каждая деталь должна быть идеально подобрана и подогнана. — Стальные пальцы Арама крепко сжимали рукоять Души Света. — Твоя задача отвлечь на себя одного из сильнейших магов Валемара, сразиться с ним, выжить и уйти, не став пленником. Аура обнадёживает, особенно с посохом, но я сомневаюсь, а это недопустимо.

Зиру, глаза которой ещё дико болели, хотела вставить слово, но Эгидиус вновь её опередил.

— Мои таланты ценил сам Второй Учитель.

— Мои, представь себе, тоже. Причём намного выше твоих, поскольку я блюститель его престола, а ты — вошь, которая шаталась невесть где много лет и о которой успели позабыть. Чувствуешь разницу?

— Чувствую, — прошептал колдун, — я вошь, которую пощадил и пригрел великий человек, вошь, в которой он видел полезность, превознося её до непостижимых высот своей щедростью и добротой. А ты греешь кресло этого человека задницей, ничего не делая ради его возвращения. Да, разница велика, — у вши больше благодарности.

Зиру подумала, что сейчас нестерпимо яркий свет вновь резанёт по глазам и Эгидиуса не станет, но колдун и не думал униматься. Его мёртвый, почти неслышный голос вёл речь:

— Сам того не понимая, ты получил наилучшего исполнителя. Гед Геднгейд ослаблен, — как сказал твой человек в долине, — это хорошо, особенно вкупе с моим бесценным опытом.

— Каким же? — спросил Арам Бритва невозмутимо, словно не испытывал и капли гнева.