Дракон Нерождённый

На самом же деле мальчик уже много лет проходил тяжёлую тренировку тела и духа, закалял внутренний стержень, постигал Искусство.

— Вы вернётесь, учитель?

— Нет, — ответил Майрон и прозвучало это весьма безжалостно. — Увы, мне это нравится не больше, чем тебе, но изменившиеся обстоятельства диктуют. Придётся отправиться на встречу с Гедом Геднгейдом. Скажи, ты помнишь мои наставления?

— Все, учитель…

— Нет, я говорю о том, что тебе должно сделать, когда я уйду.

— Я… мне… — Оби казался грустным и растерянным.

— Соберись в дорогу, — медленно проговорил Майрон, — оседлай торгаста, пробуди охранные заклинания, которые будут оберегать это место, и лети на юго-восток. Ты должен попасть в Ордерзее, столицу Ривенского королевства. Там есть район, что зовётся Пристанью Чудес; башню Академии видно издалека, рекомендательное письмо я давно тебе передал. Ты понимаешь?

— Я понимаю.

— Это очень важно, Оби.

— Не волнуйтесь, — улыбка на лице юноши получилась вымученной, — я всё сделаю правильно.

Помедлив немного, Майрон совершил неловкое движение, будто пытался обнять ученика, но не довёл его до конца. Немного помолчали.

— Я верю в тебя, как ни в кого никогда не верил, мальчик. Ты станешь великим волшебником и принесёшь много добра в этот страдающий мир.

— Вера, — величайшая из сил, учитель. Спаси вас Господь-Кузнец.

Скупо улыбнувшись, Майрон почувствовал на затылке взгляд Улвы, которая так и не сдвинулась с места.

— Мне что, тебя самому на спине к матери отнести? Поторопись, Куница!

Дочь что-то неразборчиво прорычала и ринулась во двор.

— Помнишь её, малыш?

— Мря, — ответил чёрный мячик.

— Подумать только, ей удалось найти нас.

— Мря-я.

— Верно, я тоже не представляю, каких усилий это стоило.

Обадайя, понял, что стал лишним и бесшумно поднялся на второй этаж, к себе в комнату.

— У старика Талбота получилось вернуть ей рассудок. Слава богу…

— Мр-р-р-я! Мря?

— Не знаю. Она пришла в состоянии крайнего истощения сил, пусть отдохнёт, а расспросы обождут.

Майрону захотелось курить, и он полез во внутренние карманы плаща. Его трубка являлась произведением искусства, неизвестный мастер выточил её в виде дракона, ревущего с запрокинутой головой. Материалы были драгоценными, — драконья кость и редкий красный янтарь из смолы кадоракара1.