Эстер. Город под запретом

Леди, насколько ей это позволял рост, снисходительно смотрела на Равена, при этом ощущая на себя взгляды лорда Орла и генерала Амхельна.

- И в итоге бесславно погиб, разорванный на части своими же последователями, – Рид, несмотря на попытку уколоть его посильнее, казалось, с каждым их словом обретал все больше уверенности. - Даже со всей вашей мощью у Коула ничего не вышло. Так кто из них был недальновиден – Харт или мой отец? И чем же так вам не угодила моя жена?

Но все знали, что за этим словами скрывалось куда больше.

Гости из Амхельна искали слабые места правителей Эстера. Самое излюбленное средство адептов Тьмы - сначала они узнают, кто тебе дорог, а затем отнимают его у тебя. Одни сразу же соглашаются примкнуть к ним, другие сходят с ума от безысходности, а третьи попросту умирают. Шансов на благоприятный исход почти нет. Единственная возможность – это не дать обличить тебя.

Именно это и делал сейчас Рид, уводил разговор в куда более безопасное русло, подальше от того единственного, что могло стать оружием в их руках.

- Кэтрин Рид прекрасна, как и всегда. Но не брак с ней принес покой в ваш город, - ответил Равен Дину, но смотрел на Хранительницу. – Лорд Орел, вы давно хотели познакомиться со Стеной. Леди Тали – Верховный Хранитель Эстера.

Воцарилась тишина, все внимание сосредоточилось на Леди, которая на фоне своих соправителей внешне не внушала столько страха, особенно сегодня, без своего впечатляющего меча из эфирного кристалла. Единственное, о чем она молила сейчас – это молчание Дина.

Аллард Рейн достал сигарету и закурил, выдыхая дым в сторону Леди, словно говоря: «Это из-за тебя столько проблем?!»

Очевидно, все ожидали, что Тали, как и ее соправители, скажет что-то, но она предпочла ничего не отвечать. И чем дольше она молчала, тем шире улыбался Клаус, он-то знал, в бесконечных спорах с Хранителем, момент, когда Тали замолкает, означает только одно – затишье перед бурей.

- Вы не очень-то дружелюбны, мисс Тали, - послышался голос лорда Орла сквозь маску.

- Как и вы, - коротко бросила она.

- Что это за манера у эстеровцев, тыкать и обвинять гостей во всех своих бедах. Не слишком-то гостеприимно, - Равен не сводил с нее глаз, словно пытаясь узнать в ней ту двадцатилетнюю девушку, что когда-то чуть не сломалась в его подвале. – Я думал, уж мы-то с вами, старые знакомые, сможем поладить.

- О, простите, в следующий раз непременно организую вам наручники, темницу, пытки и вурдалаков. Ах да, и яд.