Эстер. Город под запретом

- Дженнифер! – вместо тихого баритона любимого инфанта вдруг услышала другой, холодный, злой и угрожающий голос. – Где ты? Я все равно найду тебя! Слышишь? Я найду тебя!

Она проснулась от собственного крика и обнаружила себя в темной комнате, лежа на кровати, а от ее хватки из подушки повылезали перья. Но Джен была одна. Здесь не было ни зеленого пламени, ни крови Ника, ни угроз двуликого северянина.

- Это я тебя найду, подонок! – пообещала некромантка беспощадной тишине одинокой квартиры.

– Чего бы мне это ни стоило, я найду тебя, Арнлейв…

Обычно после таких кошмаров Дженнифер ощущала себя полностью разбитой, даже не пытаясь встать с кровати и выйти из дома. А так как воспоминания о гибели Ника не оставляли беглую некромантку, то и на улице она почти не показывалась. Так могло продолжаться довольно долго, пока кто-нибудь в Эстере не вспоминал об опальной инфанте из Мармиати-Ай. Хотя и это было крайне редко. В конце концов, в Эстере не любили адептов Тьмы, а Дженнифер даже ради защиты не готова была отказаться от собственной сути.

Нет, она не пила кровь прохожих людей и не убивала только ради удовольствия. Но ради своей цели Джен точно не готова руководствоваться глупыми принципами и надуманными кодексами светлых.

Именно поэтому сегодня, несмотря на очередной кошмар, Дженнифер Эфрейн не собиралась проводить день в кровати. Тем более, день уже становился вечером. Вечером, когда ничто не остановит инфанту от задуманного.

Остудив пыл под контрастным душем, Джен открыла шкафчик с одеждой и расположилась за парфюмерным столиком. С баночек на его поверхности уже давно никто не стирал пыль, а скудный гардероб не шел ни в какое сравнение с коллекцией нарядов, оставленных когда-то инфантой в богатом замке Мармиати-Ай. Впрочем, в том замке Дженнифер оставила не только платья и драгоценности. Чтобы вырваться из тюрьмы, которой был ее родной дом, Эфрейн пришлось оставить там всю прошлую жизнь, всех, кого она знала и любила.

Хотя нет, любовь у нее забрали. И за это некромантка поклялась забрать в ответ как минимум одну жизнь. Сколько еще при этом погибнет людей, ее не волновало.

- Эфрейн… Дженнифер, - с запинкой начал Клаус Берч, когда инфанта ответила на звонок циркуляра. У Советника Эстера была дурная привычка называть всех по фамилиям, но почему-то в ее присутствии он каждый раз оговаривался.