Отныне - Главный герой! Том 1 и 2

Всё это было чрезвычайно странно, и когда мы подошли к этому ветхому домику, в моей голове мелькали самые безумные теории.

Потом они рухнули. Мы пошли дальше, по тропинке в лесную чащу. Тропинка эта то и дело исчезала под грязью, словно сильно натянутая верёвочка, ниточки в которой мало по малу обрываются, так что в какой-то момент остаётся всего лишь одна, самая тонкая, едва заметная… Добрые тридцать минут мы шагали среди густой листвы, слушая ветер и песни цикад … Было это в выходной день, вышли мы рано, и стояла умеренная утренняя прохлада.

Может наш Мастер был отшельником, который живёт в горах? Довольно милый стереотип в таком случае.

В какой-то момент среди деревьев и немного на возвышенности замаячила белая стена. Тома ускорился. Мы пошли за ним. Вскоре стена стала уже совсем явной — она была сделана из белого камня, но при этом с надстройкой наверху из чёрного дерева. Словно кокосовый торт, политый чёрным шоколадом.

Мы пошли направо, обошли стену и увидели лесенку, ведущую из ворот этого сооружения, храма, далеко вниз, к подножию горы.

Сами ворота были сделаны в форме крестообразной выемки в стене, через которую мы попали в белокаменный храм. Первым, что я заметил, было даже не само здание, тоже белое, с чёрной крышей, и не расставленные справа и слева чёрные чугунные подставки для пламени на белом камне. Нет. Первым же делом моё внимание привлекла девушка в ясном белом одеянии, с нежными белыми ручками, которые держали чёрную метёлку, и с густыми чёрными волосами примерно до подбородка.

Девушка вскинула голову и повернула к нам своё белоснежное личико…

2.

— Здравствуйте… Заходите, заходите… Дедушка скоро придёт… — говорила девушка, открывая для нас пошире чёрную дверцу храма. Дверь по всей видимости была тяжёлая. Девушка упёрлась ножками в каменные ступеньки, вдавила в неё ручки и налегла всем своим весом (47 кг) — и только тогда дверь заскрипела и пришла в движение…

Потом девушка повернулась к нам, нежно и изящно, и, немного по-детски улыбнувшись, поклонилась и пригласила внутрь.

Во время поклона на её шее повис большой деревянный крестик, чёрный, на ожерелье из белых буддистских чёток.

Мне это напомнило, что на Аозора была своя особая вера. Некий сплав из буддизма и христианства, с уклоном скорее в пользу второго, но с эстетикой первого.