2. Меч и Магия: Сердце Земли

Насколько по-настоящему велик Асхан? Каковы пределы Талана и что лежит за обширными границами его берегов? Что же находится там, далеко за Ирисовым морем или на далёком востоке ранаарских степей? Что может ожидать за водами океанов, откуда не возвращаются экспедиции? Мурашки пробегались по фиолетовой коже, когда Лиара в очередной раз задавалась подобным вопросом. Конечно, мысли о Лан-Лур оставались раскалённой сталью в опустошённом сердце девушки, а конечная цель хоть и немного, но всё же предавала ей сил.

Но куда больше девушку радовал процесс путешествия и его размеренный дух… что всё же дал осечку минувшим вечером.

«С другой стороны, — подумала Лиара. — Таковы обычаи орков. Грок ведь не затаил никакой обиды. Похоже, что ему даже… понравилось. В голове не укладывается. Но они ведь орки. Такова их натура. Нельзя же всех ровнять по себе, верно?Но,капитан Ларсон! Глаза бы мои его не видели!»

Тем временем из повозки доносились звуки трения стали о точильный камень и монотонный волчий сап.

По своему обычаю, Крог проводил время в уходе за любимым оружием и страже сна своего загулявшего в ночь товарища.

— Герцогство Ворона! — промолвил Генри. — Сколько воспоминаний с этими землями! Сколько раз я вёл своих кобылок по этим дорогам. Даже когда они принадлежали герцогу Грифону. Ох! Придумали тоже эти герцоги, землями меняться. Хе! Знаете магистр, для меня же нет решительно никакой разницы.

Грифон или Ворон — всё одно. Лишь бы у простого люда жизнь достойная была.

— Я вижу, вы солидарны с народом, мой друг, — промолвил Шеймус и выпустил в воздух пару колец дыма. — А в чём, по-вашему, заключается эта достойная жизнь?

— Ну, налоги не большие чтобы, зерна много и чтобы не лез никто. Вот это я понимаю. А тут? Боишься, лишний раз за стены города выйти! Разбойники повсюду, чудища разные, ор… Эм! Ну, жизнь такая, чтобы никто не донимал с указками, что мне делать да как жить.

Во!

На лицах мага и его «ученицы» расцвели улыбки. Взгляд синих глаз уткнулся в красочную иллюстрацию, куда менее изящную, нежели работа эльфийского художника, но наделённую своим особым шармом. Иллюстрация в сине-зелёных тонах с изображением некой девы, укутанной в платье из еловых ветвей. На её сокрытом маской лице виднелся хищный, почти звериный оскал, а вокруг вились ряды скрюченных деревьев.