Склерозник Вампира

Главное, держать его подальше от Отшельника во время полнолуния, когда он трансформируется в огромного волка и мечтает об охоте с большой буквы. Пару раз Шарик пытался закинуть удочку, что может сожрать дедулю. Пришлось ему объяснить, что этот старикан — именно тот Отшельник, чьи труды он и читал так рьяно. Устыдился. Жрать учителя нехорошо, знают даже оборотни. Сам наш просветлённый старец обычно путается у оборотня под ногами с идеями влияния чёрных дыр на философские трактаты мудрецов. Шарик только чешется в ответ.

Склерозина 14

Проходили хилый лесочек, оборотень подрался с каким-то залётным огромным гоблином из-за мёда. Гоблин обиделся и решил набить морду нашему другу. Накаляющуюся обстановку смог разрядить Отшельник, предложив всем выпить эля в качестве урегулирования конфликта. Гоблин встретил это одобрительными кивками мощной головы. К утру он уже был нашим лучшим другом. Расстались мы с ним не без сожаления, особенно я, плотоядно поглядывая на его шею.

Склерозина 15

Пески, бесконечные пески, редкие кактусы. Горячий воздух, смешанный с пылью, просто сбивает с ног. Выжженная пустыня, куда хватает глаз. Значит, это и есть наш южный курорт, похоже, дошли. И чего на меня все волками смотрят? Даже у Отшельника взгляд такой, будто он меня готов загрызть не хуже вампира. Ну, немного неожиданный курорт. Но ведь все хотели экзотики. Кто же может отрицать, что это место не живописно в своей отвратительности? Пожалуй, самое время забраться обратно в ящик, запереться изнутри и не вылезать до пришествия Воителей.

. 

Склероза 5. Нерадивые ученики

Склерозина 1

Дедуля зачитывает свой новый трактат «О познании мироздания через ромовые медитации» нашему блохастому другу. Шарик зевает во весь рот, рискуя сломать челюсть, но стоически терпит рассусоливания Отшельника. Затем оборотень не выдержал — вывалил язык наружу и грохнулся на песок, закатив глаза. Дедуля нервно закусил бороду и решил обидеться на такую непочтительность к его научным изысканиям.

Склерозина 2

Медленно тащимся по песчаным заносам. Дедуля всё ещё дуется на нас с Шариком. Не разговаривает с нами обоими: с оборотнем из-за непочтительности к его премудрым трактатам, со мной — из-за того, что я затащил его в эти дивно-мерзкие места вместо обещанных курортов. Пока дедуля не видит, втихаря кидаюсь камушками в Шарика. Тот свирепо косится, но молчит. Не хочет злить нашего просветлённого друга ещё больше.