Изнанка. Том 2.

Если увидите что-то подозрительное – в бой не вступать, отступить и доложить лично мне, - раздал я указания, а сам пристальнее начал разглядывать тело: на шее был какой-то шрам, будто бы он долгие годы что-то носил, что ему натирало.

Назад я вернулся в глубокой задумчивости, потому что люди просто так не умирают: их либо убивают, либо вынуждают умереть. Или же это просто случайность? Стечение обстоятельств? В окружении этой семейки во мне развилась небывалая паранойя. Начал видеть те вещи, которых, быть может, и вовсе не существует.

-Что здесь происходит? – впереди показался глава местного гарнизона охраны. Подтянутый, несмотря на свой солидный возраст, он вышагивал энергично, но с неторопливым достоинством. Густая проседь волос на голове была разделена на двое, и кончики закрадывалась за уши. Чернева усов сильно контрастировала на фоне шевелюры, создавая собой немного наигранного персонажа. – Почему кто-то отдает приказы моим стражникам?

-Я взял на себя эти обязательства на время вашего отсутствия, - тихим тоном ответил я.

-При всем уважении, сир, но я командую гарнизоном.

-При всем уважении, командующий, но время не терпело. Нужно было срочно принимать решения.

-И поэтому вы посылаете отряды на разведку не пойми куда? А если с ними что-то случится? Вы будете объяснятся их женам, что же произошло с их мужьями? – его голос едва сдерживал раздражение.

-Если какой-либо жене требуется обьяснение, почему их муж умер исполняя свои обязанности на такой профессии, то они либо ошиблись женами, либо своим делом, - я не так цинично это хотел произнести, но слова уже не вернуть.

-Получат подачку от жизни, а потом считают себя благородными, - и он демонстративно плюнул на землю.

Я прикрыл глаза. Глубоко вдохнул, остужая потоком контроля свою ярость. В это же время от меня начала исходить зеленое марево, разлетаясь вокруг. Медленно подошел к нему:

-Командир, - тихо прошептал я ему на ухо, - вы когда-нибудь убивали разом тысячу человек? Думаю, что нет. А вот я убивал.

Позже, задумываясь над своим поступком, я корил себя за подобный каприз, если можно так это назвать. Но в то же время я должен, повторюсь, должен делать нечто подобное в мире, где в определенной доле сила равна уважению.

-Я не хотел вас оскорбить, сир, - шея слегка опустила голову.