Изнанка. Том 2.

Местный староста говорит, что на нашей земле не везде есть жизнь, что уж там говорить про другие, как ты назвал планеты. И что это вообще такое? И если звезды, как наше солнце, то почему они такие маленькие?

В первое мгновение хотелось возмутиться, потому что, признаюсь честно, было немного обидно, когда тебя обвиняют в невежестве, когда происходит обратное. Но поняв, какую ошибку я совершу, уподобившись ребенку, и видя, как мило она улыбается, моё возмущение сменилось на милость, и я просто молча улыбнулся ей в ответ.

Идиллию вечера прервали громкие шаги и не менее громкое прерывистое дыхание деда, который выбежал из-за наших спин, что-то пытаясь сказать, но тяжелая отдышка не давала вымолвить чего-нибудь внятного. А вид был таковым, что все его естество показывало, как страх им завладел.

-Пришли…они пришли. Быстро…прячься, - разобрал я несколько его слов.

Ильворния вмиг поняв его, вскочила с места, потянув меня за собой, и мы побежали в дом. Я же, недоумевающий, все же не стал забрасывать их вопросами, чтобы не тормозить, ибо понял, что счет идет на секунды.

Зайдя в дом, она быстро спряталась в погреб. Невольно мне передался их страх. Вкупе с неведением мои действия стали суетливыми и беспорядочными. Я то стоял на месте, как вкопанный, то болтался из стороны в сторону, не понимая, что делать.

Человек, который прошел терний на своем пути, как рабство, арена, побег, зверь; был на грани смерти бесчисленное количество раз, поддался всеобщей панике. Поистине, ничего так не заражает, как страх в глазах других.

Так не пойдет. Остановился; замедлил процессы в организме и остановил нарастающую панику; нажал на кнопку включить мозги. Голова прояснилась.

-Олег, ничего не бойся. Просто будь рядом и ничего не делай. Если что, так сказать, говорить буду я. Ни в коем случае не вмешивайся. Ты меня понял?

Я кивнул. Мы вышли наружу, где собралась уже толпа из жителей. Они стали полукругом с одной стороны, напротив, под тусклым светом факел приближалась процессия из каких-то незнакомых мне людей.

Их было человек тридцать мужчин – в темноте было трудно разглядеть. Одеты кто в чем: изношенные плащи не всегда по размеру, местами с откровенно зияющими дырами, обувь, которая видывала лучшие дни и все остальное из такого же разряда, будто бы сорвали всю одежду с трупов. Оружие сродни одежде – дряблые, ржавые мечи, топоры, стилеты, молотки за поясом, а у кого-то и вовсе кирки. Внешний вид не имел ничего общего с опрятностью, чем-то напоминая сходство с крысами.