Парный бизнес

К тому же успел с лихвой распорядиться им, когда, получив открытку с персональным вызовом, не только съездил в районный центр за товаром, но и только что поставил:

– Новую резину на колёса своей «Копейки».

Работа почти подходила к своему завершению, когда появился внук и пристал с крайне бестолковыми расспросами по поводу поиска очередного клада серебра:

– Потому и не сдержался!

Но вот можно и отдохнуть!

Завернув последнюю гайку, удерживающую диск колеса на его ступице, старик, довольный сложившимся положением вещей, в этот момент позволил себе по-родственному расчувствоваться.

По той же причине:

– Не пожелал слишком обижать любимого наследника.

Даже пригласил его рядом с собой:

– Посидеть на завалинке у семейного частного гаража.

И уже там, когда уселись они рядышком, как две курицы на одном шестке, старый кладоискатель откровенно преподал молодому претенденту на его лавры:

– Деловой и очень ценный урок на будущее!

Когда Фома развесил уши в надежде постичь главную тайну, всё ещё скрываемую, дедушкой, тот рассудительно произнёс:

– Чтобы наверняка найти клад, нужно, внучок, его сначала хорошенько спрятать!

Потом рассказал немного из своего опыта школьного буфетчика, о том славном времени:

– Когда сами обстоятельства всё решали за него.

Кое-что Фома и сам не забыл из своего школьного прошлого, но о многом мог только догадываться.

И вот теперь для него наступил «Час истины»!

– Все ребятишки рассчитывались на перемене за чай с коржиком или булочкой одной валютой – полтинником, – услышал внук от Гордея Гордеевича.

Старик вздохнул.

Но, вовсе не оттого, что вёл себя тогда не так, как полагалось, а скорее, наоборот:

– Ещё раньше нужно было начать такую процедуру заменой драгоценного металла мятыми бумажками.

Хотя и то, что в итоге у него получилось, оказалось лучшим коммерческим результатом за всю долгую карьеру финансового работника Гордея Оглоблина:

– Потому серебро и скопилось у меня в буфете к тому моменту, когда ясно стало про неминуемо грядущую денежную реформу.

А далее уже собственная мысль заставила пенсию и зарплату в купюрах специально вносить за те серебряные монеты, которые ещё числились выручкой за чай и коржики.