Мой новый мир - Книга вторая

– Может, оставить лошадей, или вы их отбуксируете автотранспортом?

– База рядом, – ответил он, – поэтому с лошадьми будет проще.

Наверное, с ним обговаривали этот вопрос и давали инструкцию склонить меня оставить конную тягу, а тут я сам это предложил, вот он и обрадовался. Будет теперь работа учёным с нашими лошадками.

– Я ухожу, – сказал я ему. – Отдайте сумки конюхам.

Конюхи уже слезли с козел и с ничего не выражавшими лицами подошли к нам забрать груз.

– Нормальные люди, – сказал я о своих слугах с испугом смотревшим на них американцам.

Я открыл канал, направил в него конюхов и ушёл сам. Вышли мы в портике парадного подъезда, где меня ждали Герат и Ортай. Здесь же стояли гвардейцы караула. Уходил я со двора, но, пока решал дела, здесь начался дождь, поэтому Герат спрятался под крышу.

– Положите сумки! – приказал я конюхам. – Вы должны забыть всё, что видели.

Такое внушение работало не хуже стирания памяти, и только вмешательство мага могло заставить их вспомнить.

– Почему вы в тунике, – спросил я Ортая. – Гвардия пока не получила новую форму, но вам должны были привезти. В такую погоду она намного удобнее.

– По двум причинам, милорд, – ответил он. – Я должен получить приказ, а его не было ни от вас, ни от Повелителя, и ещё не готовы береты. К вечеру должны привезти, и если вы даёте добро, сразу сменим.

– Даю я добро. Завтра к утру будет форма и для всей гвардии. Капитан, позовите трёх стражников, чтобы отнесли эти сумки в мои комнаты. А мы с вами, Герат, уходим в комнату Фрэнка.

На этот раз в комнате прибытия были включены светильники и на столе лежала большая сумка, набитая солнцезащитными очками в целлофановой упаковке. Я отдал её Герату и включил телефон на подзарядку.

– Помните гостиную Сигара? – спросил я мага. – Вы же вроде ходили вместе, когда он выбирал себе комнаты.

Сигар не обиделся, он испугался. Вторым испугавшимся был я. А вы не испугались бы, если вам в лоб целится из пистолета сай с перекошенной от страха физиономией?

– Не помню, когда так пугался последний раз, – сказал он, дрожащей рукой засовывая пистолет в кобуру. – Как только удержался от выстрела! С вашей стороны, милорд, это было безрассудно.