Зельевар. Буйный рост.

- Тогда остаётся разве что внутреннее направление – растерянно произнёс орк.

- В точку!

- Ты ведь понимаешь, к чему это может привести?

- Очень надеюсь, что к этому и приведёт, тем более я дал ему всю информацию, о нахождении нужных знаний.

- Да-а интересный расклад. И что, сколько же он смог выдержать под обеими зельями? Полгода, год? - Сенар смутился.

- Три года. – Гор в очередной раз подавился чаем.

- То есть он прошёл весь путь, и мутация его организма уже почти завершена?! Не зря провидение так редко подкидывало тебе учеников, да и тех не слишком сильных.

Ради такого, думаю стоило подождать.

- Полностью с тобой согласен. Но и это ещё не всё. Он уже выбрал магическую профессию, которой посветит себя. Но в отличие от всех тех олухов, выбравших боевое или строго бытовое направление, он сделал правильный выбор – зельеварение!

Взгляд мудреца он уже освоил на нужном уровне. А так же, сам создал вихрь водяных клинков! - С гордостью продекламировал Сен. - У меня тут как раз небольшой запас тех зелий, что он принимал остался, первое время они ему ещё понадобятся.

А ещё, эти членистоногие, уже заключили магический контракт с Малонсом, и он теперь и их подданный и будет учиться у них алхимии.

Гор слушал и качал головой.

- Ты просто обязан мне его представить! Ведь ты не будешь против, чтобы я его поднатаскал в единении с пробуждённым духом?

- Конечно представлю. Вот только учить будем вместе! Я тоже, знаешь ли, люблю вкусно поесть!

Проснулся я как всегда около четырёх.

Ронал похрапывал в своей палатке, и с этим храпом переплетались два тихих посапывания. Как же мне нравиться запах леса по утрам! Наш пленник проснётся только через несколько часов, как раз успею провести утреннюю тренировку, да и поохотиться надо бы.

Ого! Что это за ощущение лёгкости. Только тут я понял - это первый день, за последние три года, когда деда не угощает меня своими зельями. За это время я уже так к ним привык, что даже не задумывался об этом.

Когда вспомнил дедулю, немного взгрустнулось.

Несмотря на его изуверский подход к моей подготовке и мою ругань, как-то привязался я к нему. Всё-таки три года мы с ним вдвоём бродили по миру, да и моя эмпатия уже позволяла мне чувствовать, что и он грустил при прощании со мной.

При выходе из палатки, мой взгляд споткнулся о небольшую сумочку у входа. Её точно здесь не было. Сомневаюсь что это от Ронала.

Открываю её и начинаю тихо ругаться, чтоб не разбудить никого.