Лепила. Книга 3.

Там у тебя нормальная жизнь, а здесь надо закрыть все долги, так?

-Так точно, - ответил я по-уставному.

-Значит гляди, - майор вытащил из-под стола кожаную папку, открыл и сверился с написанным в документе, - за досрочное увольнение по уважительной причине, а у тебя она именно такая, в казну Легиона с тебя причитается три сотни звонкой золотой монеты, ты уже в курсе?

-Да, Мило озвучил ценник, - ответил я. – Заплатить не проблема. Но есть вопрос: можно ли часть суммы внести натурой?

-Это смотря что предложишь.

-Огнестрел пока не предлагаю, но есть кое-что по медицине.

-Медицина – всегда хорошо, - произнес майор, чуть подумав. – Но я в этом ничего не понимаю, поговори с нашим верховным коновалом, как он скажет, так и будет.

-Договорились. А кто у нас сегодня верховный коновал? – уточнил я.

-Лютте, кто же еще? Так и сидит здесь с тех самых пор, как вас в Зунландию кинули. До тебя ему, конечно, далеко, но как лекарь он неплох.

-Господин майор, я правильно понимаю, что принципиальное решение о моей отставке принято, осталось только утрясти материальный момент? – уточнил я.

-Совершенно верно, Майк, - ответил майор. – Поэтому ступай к Лютте, как с ним договоришься, приходите оба ко мне, вопрос закрываем.

Майор откинулся на спинку стула, показывая, что разговор окончен. Мы с Мило, который за весь разговор не проронил ни слова, дружно встали, откозыряли и вышли из палатки.

-Поздравляю, - маг хлопнул меня по плечу. – Отставка у тебя в кармане.

Я кивнул и пошел по лагерю в направлении санчасти. Встреченные солдаты отдавали честь, я отвечал уставным приветствием, что было крайне непривычно после нескольких месяцев гражданской жизни.

***

Лекарь лейтенант Лютте и фельдшер сержант Харен сидели за столом спиной ко входу и разбирали какие-то бумаги.

-Выпиваете? – грозно спросил я, заходя внутрь медицинской палатки.

-Ннникак ннет…- чуть заикаясь от неожиданности ответил Лютте.

-А почему? Случилось что-то? – невинным голосом уточнил я.

-Майк, зараза! Ну и шуточки у тебя, - лекарь вскочил и кинулся обниматься. – Как же я рад тебя видеть! Сколько же тебя не было?

-Отпусти, медведь, раздавишь! – прохрипел я, а когда объятья ослабли, добавил. – Больше полугода не виделись. Как вы тут?

-А сам-то как думаешь? Задница надвигается, большая, черная, орочья. У нас работы выше крыши, то одно, то другое. Вот сидим, подбиваем отчетность.