Перо коннекта

— Тебе виднее, начальник, — сказал торговец с лёгкой издёвкой. — Сам, значит, разберёшься, из-за чего там кипеш. А при чём тут Бакенщик, я не в курсах, реально. Можешь хоть наизнанку вывернуть. И вообще, мне работать уже пора. Зелья прокиснут, пока я с тобой базарю.

Снегирь хотел ещё раз напомнить толстому, какую тот дал подписку и почему не надо наглеть, но поленился. Молча вышел из лавки, сел на коня, доехал до конца переулка и, остановившись там, достал карту. Развернул её и связался через чат с дежурным админом Птичьего Ордена.

***

«Нужно уточнение по Каньону Клыков. Там действительно есть (или готовится) скрытый данж? — поинтересовался Снегирь. — Если да, то дай мне координаты, я на карте отмечу».

«Нету там ничего такого. С чего ты взял вообще?» — отозвался админ после секундной паузы.

«Да так. Приобщаюсь к игровому фольклору. Отбой, спасибо».

Снегирь почесал в затылке, перебирая в уме накопившиеся странности.

Это ведь, если вдуматься, анекдот, образчик абсурдистского юмора.

Компания-разработчик вынуждена устраивать шпионскую беготню в игровом пространстве, которое сама же и создала. Хотя у неё на руках все коды, логи и прочее.

Такова специфика, что поделать.

Если игровой социум похож на реальный, то в нём будут и неприглядные тайны, и личностные конфликты, и проходимцы. А тому, кто осуществляет контроль, придётся обзавестись стукачами вроде Варёного. Админов мало, и они физически неспособны мониторить всю виртуальность в полном объёме.

Но дело не только в этом.

Виртуальный мир, достигнув определённой степени сложности, начинает защищать свою логику от попыток регулировки извне. И в последнее время защита эта, похоже, переходит на новый уровень, который откровенно отдаёт мистикой. Может, именно этим пользуется долбаный Бакенщик, когда обходит систему…

От раздумий отвлёк негромкий, но отчётливый металлический лязг.

Снегирь вскинулся, завертел головой — и краем глаза успел увидеть на крыше дома, в котором располагалась лавка Варёного, какую-то подвижную тварь.

Она была похожа на спрута — или, точнее, на механическое подобие спрута, сплетённое из велосипедных цепей. Едва Снегирь заметил её, тварь перекатилась через конёк крыши и пропала из виду.

Он тихо выругался.

Таких созданий ему прежде видеть не доводилось. Тварь явно была магической, но магия эта выглядела до крайности нестандартной. Доморощенные сумасшедшие ведьмы вроде мадам Глузякиной тяготели к другой стилистике.