Перо коннекта

А во дворе стоял высокий шатен с золотой серьгой. На вид ему было лет сорок пять — породистое лицо, уверенный взгляд. Причём сразу чувствовалось, что уверенность эта — реальная, почерпнутая из жизни, а не мультяшно-компьютерная.

Снегирь тихо прошептал: «Запись». Он помнил, конечно, что предшествующие попытки сфотографировать колдуна окончились неудачей, но попробовать стоило всё равно.

— Любопытно, — сказал Ушкуйник; он смотрел спокойно и не прерывал контакт. — Со мной изъявил желание познакомиться один из пернатых?

— Вообще-то, — сказал Снегирь, — мы уже знакомы заочно.

Через ваших, так сказать, представителей, которые пытались меня убить.

— Понятия не имею, о чём вы.

— Жаль. Было бы интересно узнать, чем же я вам так насолил. Но ещё больше меня интересует другое — как вы оказались в игре, не имея даже аккаунта? Прямо кибер-фантом.

Ушкуйник пожал плечами:

— Не вижу смысла жонглировать пустыми словами. Магия — универсальное средство для тех, кто ею владеет.

— Ладно, — кивнул Снегирь.

— Тогда, если позволите, перейду к конкретным вопросам. Зачем вы подталкивали Черепов к походу в каньон? Что там такого ценного?

— Вы любопытны, юноша. Похвальное качество, но в данном конкретном случае — бесполезное. Я не намерен откровенничать с вами или вести пространные диспуты.

Обращение «юноша» Снегиря несколько озадачило. В реале ему было тридцать семь, и внешность в игре соответствовала этому возрасту. Можно, конечно, было предположить, что колдун его троллит, но эта версия выглядела сомнительно.

Ушкуйник не походил на дешёвого провокатора.

— Ладно, — сказал Снегирь. — Тогда просто ответьте — кто вы?

— Я тот, с кем вам придётся считаться. Тот, кто установит новые правила. И это — главное, что вам следует помнить. А теперь прошу извинить, я вынужден закончить беседу. У меня имеются другие дела, гораздо более важные.

— Погодите, ещё вопрос…

Но колдун уже отвернулся. Багровая мгла поглотила двор, чтобы тут же сгинуть — на этот раз окончательно.

В отражении снова появился Снегирь, стоящий с кружкой посреди комнаты. По зеркалу уныло стекали красные капли.

Убедившись, что сеанс завершён, он первым делом проверил запись. На успех особенно не надеялся — и тем приятнее оказался сюрприз. Всё записалось и сохранилось! Снегирь даже несколько растерялся, пытаясь понять, в чём дело.

Версия, впрочем, созрела быстро.

Колдуна нельзя было заснять непосредственно, напрямую.