Перо коннекта

Но в общем виде — предупреждение есть. Поэтому о последствиях ты могла бы подумать. Или в реале тоже попёрлась бы за каким-нибудь опером, например, из полиции, который при исполнении?

— С опером себя сравниваешь? А чё сразу не с чекистом? Очень удобно было бы. Идеологически верно. По этой логике, читеры — контрреволюционная шваль, которую надо срочно поставить к стенке…

— Я восхищён твоей эрудицией и твоим искромётным юмором. Но я не страдаю мегаломанией. Всего-то помогаю народу играть в игрушку. И ты поняла прекрасно, что я имел в виду.

Я тебе ещё в прошлый раз сказал — ты слишком любишь лезть на рожон. Дело твоё, конечно, я ведь тебе не папа. Просто не забывай — так можно и доиграться. Влепят, например, бан…

Она обернулась, глянула через плечо иронически:

— Ну, так чего же ты меня не берёшь за шкирку и не везёшь в какую-нибудь допросную? Пренебрегаешь обязанностями?

— Помолчи уже, наконец. И не крутись, а то навернёшься с лошади.

— А ты держи меня крепче, тогда и не навернусь. Это зона твоей ответственности.

— Ты в реале тоже такая красноречивая?

— С какой целью интересуешься? Незаконный сбор личной информации — это, между прочим, наказуемое деяние.

Он вздохнул, пожалев, что не владеет чарами, которые лишили бы собеседницу дара речи. Какое-нибудь «силенцио», как в книжке про Гарри Поттера, пришлось бы очень и очень к месту.

Попутчица, видимо, догадалась, о чём он думает, и глумливо хихикнула. Он, впрочем, не обратил внимания, потому что как раз появился более важный повод для размышлений.

Перед ними была высохшая река.

Русло — шириной метров тридцать. Оно тянулось от скального массива на запад, через равнину. Земля между берегами потрескалась и выглядела безжизненной, над ней дрожал раскалённый воздух.

И висела давящая тишина.

***

Снегирь осторожно слез с лошади.

— Чего ты напрягся вдруг? — вполголоса спросила Марина. — Нет, я согласна, жутковато и неуютно. Но это — не только здесь, а вообще вдоль скал…

Он, не отвечая, вытащил из подсумка заострённый цилиндрик, похожий на толстый гвоздь.

Вдавил его в землю остриём вниз. В полутора метрах над землёй засветилась плоская голограмма — красный восьмиугольник с белыми буквами латиницей: STOP.

— Марина, — сказал Снегирь, — сейчас я пойду вперёд, а ты останешься здесь. За этот знак ты зайти не сможешь. И не вылезай из седла. Если со мной начнёт происходить что-то странное — разворачивайся и скачи отсюда галопом. Или сразу задействуй экстренный выход.