Постфактум. Книга вторая.

Не прошло и пары секунд, а бывший упырь оседлал водоплавающего, взгромоздившись на безобразную, склизкую голову, вцепившись в неё. А гость из другого мира не так уж и прост! Мерлей почувствовал чужую, совершенно незнакомую магию, вдруг навалившуюся каменной плитой. Руководствуясь своими ощущениями, при этом ели удерживаясь на извивающимся в воде чудище, совершенный точным ударом руки пробил его глаз. Гад конвульсивно дёрнулся, и с ещё большим остервенением принялся сбрасывать с себя такую несговорчивую добычу.

Меж тем рука Мерлея продолжала погружаться в череп хищника, а когда его пальцы, несмотря на сложное положение, коснулись мозга, спесь громадины сошла на нет. Контакт, пусть и грубый с применением физической силы был уставлен.

Подолгу задерживать дыхание — ещё одна нужная способность, поэтому совершенный не спешил приказывать монстру подниматься на поверхность. Аккуратно и без нажима внушил ложные воспоминания, привязанность и повиновение. А после пришлось немного повозиться с Бойким, скакун ни в какую не хотел забираться на широкую, словно плот спину речного создания.

Однако выбора ему Мерлей не оставил.

Теперь же странник из северных земель снова переправлялся на другой берег в предвкушении сытного ужина.

Что может быть лучше для хищника, чем оставаться полностью невидимым для жертвы? Разве только сам процесс убийства и наслаждение трапезой. Мерлей без особого труда преодолел крепостную стену. Творящиеся вокруг бесчинство его не волновало, как и те, кто сейчас отдавал свои жизни, защищая полуразрушенное городище.

Их кровь хоть и будила в нём зверский аппетит, но не могла подарить того истинного наслаждения, охватывающее Мерлея, когда он иссушал женский сосуд. Оставаясь невидимым, он проносился мимо ожесточённо рубившихся воинов, отмечая упорство и самоотверженность руссов, жестокость и напор гоблинов. Пусть бьются глупцы, не зная, что истинный враг внутри и беспрепятственно пробирается к самому дорогому — женщинам и детям.

Большим скоплением вкуснятины оказался постоялый двор. Напуганная и беззащитная пища пряталась в его крепких стенах. С двумя стражами, что переминались с ноги на ногу возле деревянного крыльца, он разобрался играючи. Слепые, напуганные котята. Когда первый коренастый воин с булавой вдруг резко схватился за горло, а сквозь плотно сомкнутые пальцы стали брызгать красные фонтанчики, второй успел лишь выхватить меч. Впрочем, и почти сразу потерял его.