Постфактум. Книга вторая.

Стремительно вылетевшие прямо из верхнего правого угла комнаты не то щупальца, не то ожившие корни деревьев с игловидными шипами на концах, нарвались на острую сталь и также быстро втянулись, обильно кровоточа. Бесформенный сгусток в углу, щедро орошённый своей необычного цвета кровью, стал виден и уже поднявшийся на ноги гмур, шатаясь, устремился к нему.

— Годогост, что тут происходит?! — маг услышал полный возмущения голос Ильи и обернулся. — Ты чего себе позволяешь, зачем на Мала с мечом напал?!

Илья застыл на пороге с перекошенным от негодования лицом.

Одежды на нём не было, и только завязанный на узел плед прикрывал нижнюю часть тела.

— Илюша, так ты зенки-то раскрой?! — чувствуя слабость и головокружение, возразил ничего не понимающий гмур. — Эта тварь вовсе не Мал, она набросилась на меня, вцепилась и не отпускала!

Годогост обернулся на раненое нечто и не увидел его, вместо полупрозрачного сгустка в углу, зацепившись за штору, висел запечник. Выглядел Мал по-прежнему странно, мерцал и исчезал из виду.

— За что? — спросило маленькое, покрытое шерстью существо, шмыгнув веснушчатым носом. — Я же только помочь хотел…

— Где Ясмина?! — Годогост вновь развернулся к парню, отметив, как тот бесшумно сократил между ними расстояние. — Где, сударыня, Илья?!

— Тут я, Годогост! — услышал он и даже отшатнулся от увиденного.

Меч, ворвавшейся в зал смуглянки, просвистел и отсёк Илье голову. Нет, до конца отрубить её не получилось, она завалилась вбок и повисла, извергая фонтанчики голубой крови, и в ту же секунду начала трансформироваться.

Волосы редели и втягивались внутрь черепа, открытый рот потерял губы, стал щелью с игловидными зубами, исчезли глаза и нос. Всё тело парня за несколько секунд оплыло, подобно студню, оставленному на солнце, стало прозрачным.

— Надо бежать! Выбираться из этого ада! — зелёные глаза буквально светились решимостью на измождённом лице девушки. — Помоги мне, Годогост, Илья в другой комнате, кажется без сознания!

Гмур в очередной раз оглянулся, там, где некоторое время назад он наблюдал домового, медленно копошился клубок прозрачных корней.

— Сударыня, обожди! — окликнул её Годогост, сделал несколько шагов и упал на желеобразное массу, что очень правдоподобно претворялась Ильёй. Нечисть укрытая пледом буквально брызнула в стороны из-под тела гмура, расползлась, разделяясь на небольшие сгустки.