Постфактум. Книга вторая.

— А у нас их вообще мало было, да и радовались мы в Руинах простым вещам, еде, например. Удалось охотникам добыть мясо, чем не повод для веселья.

— В Интернате такая же история, Ясмина, — Илья тоже закончил трапезу, блаженно погладил живот. — Поэтому я сам устраивал себе вечер радости, когда удавалось найти хорошую книгу в подвале старика Абдула и выделить время для чтения.

— Бедные, несчастные дети, — покачал головой гмур, с теплотой смотря на молодых людей. — Детство — время золотое, а у вас его и не было.

Повисла пауза. Трясина из мрачных, тягостных воспоминаний стала затягивать Илью и Ясмину и, чтобы хоть как-то развеять их, парень спросил:

— Годогост, ты же отлично видишь в темноте, как так получилось, что гоблины смогли подкрасться к тебе?

— Верно говоришь, вижу я в темноте превосходно, впрочем, как и гоблины, только эти пакостники обыграли меня, — рука гмура непроизвольно ощупала зажившую буквально на глазах лысину. — Бой на чужом поле — неравный бой. Один стервец устроил мне засаду, притаился в расщелине в своде тоннеля и ударил сверху.

Я успел увидеть его, но, увы, слишком поздно.

Потом Годогост принялся расспрашивать всех по очереди о случившемся, качал головой, порой бранился и поминал одному ему известных богов. Рассказ смуглянки вызвал в нём особый интерес, ведь начинающая ведьмочка, как, не сговариваясь, стали называть про себя (пока про себя) девушку путники в очередной раз вытащила их всех из патовой ситуации.

— Расскажи нам про гоблинов, — попросил Илья, когда Малюта закончил свою историю, объясняющую его длительное отсутствие.

— Ты так тщательно расспрашивал нас, а нам ведь тоже кое-что интересно знать, правда, Ясмина?

— Угу, — кивнула девушка, наливая в тарелки воду из бурдюка и ополаскивая их. — Правда, интересно, кто они такие?

— Самый презренный, жадный, глупый и жестокий подземный народ, — лицо гмура скривилось, как будто он съел что-то кислое. — Они, как и мы гмуры живут в шахтах, но то мрачные, грязные, кишащие нечистотами пещеры, а не величественные города, искусно вырезанные в земной тверди.

Гоблины боятся солнечного света, но могут дольше находиться на поверхности, их кожа намного грубее и закалённый. Они почти не занимаются ремёслами, а чаще всего грабят наши кладовые, изыскивая всё новые и новые способы проникнуть в них. Люди тоже становиться их жертвами, ведь их тоннели простираются на много вёрст во все концы Руси.