Постфактум. Книга вторая.

В этом мире хоть кто-то мыслит здраво? Почему крепость штурмуют днём, а не ночью? Возможно, агрессоры, увидев состояния города, сочли его лёгкой добычей, но просчитались. Поди разбери, что творится в этих, незнакомых для совершенного местах. Да и что творится с ним самим? Разве совсем недавно разбирался в военной стратегии, когда охотился на белых медведей, птиц и ловил рыбу для Креслава?

Нападавших почти сразу увидели зоркие дозорные, да и как не заметить с полусотни гремящих оружием воинов, что появились из нескольких ям.

Полурослики орали и бранились как друг на друга, так и на защитников крепости. Одни забрасывали на стены верёвки, увинченные крюками, и смело лезли вверх, другие рыскали вдоль стены, прикрываясь узкими щитами, больше похожими на лезвие штыковой лопаты (сравнение само возникло в мозгу Мерлея) и отстреливались из коротких арбалетов. Происходящее выглядело как самый настоящий сюр.

Заскучавший совершенный ждал бесславного провала и отступления нападавших, года произошло нечто непредвиденное.

Большая часть защитников оставила городскую стену, иные просто развернулись и стали стрелять из луков в обратную сторону. С виду бестолковая атака получила запланированное, убойное продолжение. Отлично организовано! Пока один отряд отвлекал стражей на себя, другие проникли вовнутрь крепости по другим тоннелям. Мерлей отметил про себя, что прекрасно знает, как быстро и оперативно могут работать гоблины, выкапывая многокилометровые подземные ходы.

Судьба агонизирующего городища нисколько не волновала бывшего упыря.

А вот пролитая кровь, что напрасно льётся прямо на землю — это в высшей мере возмутительно. Дурманящий запах единственного источника кормления и энергии сводил с ума. Что ж, на исходе ночи, когда Мерлей добрался до этих мест, и, пытаясь угодить Кощею, миновал крепость, перебрался за реку, он явно поспешил. Природу не обмануть, и хозяин сам прекрасно об этом знает. К тому же Креславу нужна продуктивность, а как достигать результатов, если голоден? Решено — он идёт в крепость!

Мерлей оглянулся.

Конь, которому он наконец-то дал имя Бойкий, щипля сочное разнотравье, почти скрылся за холмом. Животина славно потрудилась, так что пусть восстанавливает силы, всё равно никуда не уйдёт. Сам же совершенный оставив на берегу, высыхающие вещи приблизился к воде. Кожный покров, подстраивающийся под окружающую цветовую гамму, делал его невидимым, и только круги от первых шагов по воде всколыхнули гладь.