Полет обреченных

Уже в армии, попав в крылатые войска – «десантуру», перед самым первым его прыжком с самолёта прошлое вдруг напомнило о себе. Словно Ангел-хранитель рядышком крыльями прошелестел…

Тогда во всю, что называется, ивановскую шла посадка их подразделения на борт транспортника «ИЛ-76». Самолёт уже ревел всеми четырьмя прогретыми турбинами. Волей-неволей заставляя, стоявших поблизости бойцов вдыхать запахи отработанного топлива.

И вот тут, как раз, поймал себя Калуга на тогда неожиданной, но ставшей с тех пор навязчивой мысли о детстве.

Она и по сей день всегда возникает в тревожные моменты. Позволяя собраться как никогда. В том числе и во время сборов на очередное задание. Когда не бывает больше у Калуги ни страха, ни волнения перед предстоящим испытанием, хоть высотой, хоть боем.

Потому, наверное, что всегда рядом образ матери, оберегающей сына от любой беды.

Потом уже парень догадался об этой причине своей бесшабашной смелости. А тогда – перед парашютным своим крещением все в душе заполнило странное чувство сопричастности с прошлым.

Всегда приходит оно к Сергею одинаково. Нахлынув вместе с непередаваемыми аэродромными запахами работающих реактивных двигателей – разогретого металла и сгоревшего в соплах керосина.

…Вот и здесь – на файзабадской военно-воздушной базе, особенно влечет парня утренний аэродром, что расположен совсем рядом с их бригадой спецназа.

Это вместилище всего, что может подниматься в небо или уже отлетавшее своё, постоянно напоминает о себе.

Теми же самыми, никогда не затихающими ни на минуту звуками подготовки к полетам, ревом взлетов-посадок.

– Ну, паря, вот и все! – под пристальным взглядом Сергея сошлись стрелки на светящемся циферблате его часов. – Время пошло.

Он только подумал, а уже все приходит в движение.

– Рота, подъем! – несется истошный крик дневального, явно опасающегося опоздать с побудкой.

Теперь-то Кривченя действительно с лихвой отрабатывает былой промах. И уже никто не может сказать, что он, не старается, как следует, не выполняет своих, пусть временных, служебных обязанностей ответственного по казарме.

3а пологом палатки оказалось гораздо светлее, чем представлялось Сергею после созерцания им луча мутного света, струившегося из окна у изголовья кровати.

Зимнее утро все основательнее вступало в свои права. Заодно, окончательно и бесповоротно отсекая в небытиё всё связанное со вчерашними заботами.

Будут другие.