Серебряный. Под знаменем перемен

Женщина вздрогнула, когда искрящиеся росчерки вновь перекинулись на ее кожу, попыталась выдернуть свою руку.

- Я тронут до глубины души, что столько аров вы были мне преданы и ждали моего возвращения, - он сильнее сжал пальцы, не дав ей освободиться, поднимая на ноги. – Подарили мне сына и несли на себе тяжкое бремя обязательств за жизни и судьбы наших подданных. Я принимаю, принесенную вами клятву верности, как вашему избраннику и повелителю. С этого мгновения я снимаю с вас эту непосильную для ваших хрупких плеч ношу и беру всю ответственность за благо и процветание княжества на себя.

В черных зрачках зажглись искорки ненависти. Димостэнис знал, что она никогда не смирится. И ей снова нужно будет преподавать уроки послушания, густо замешанные на страхе и унижении. Что же он готов играть в эту игру вечно. Лишь бы только она не сдалась раньше времени.

Правитель Мюрджена поднял глаза на собравшихся людей.

- Как ваш князь я готов принять присягу верности от любого, кто желает видеть меня законным властителем нашей Благословенной земли.

Торжественная встреча князя долины удалась на славу. Бал, устроенный в его честь удивил размахом и роскошью, подданные желанием присягнуть на верность, избранница покорностью и молчаливостью.

- Ты во многом права, - тихо произнес Димостэнис, когда они с княгиней Эйлин вошли под руку в огромную залу, поражавшую своим пышным великолепием, - я многое не достиг из того, чего хотел, растерял свои победы, заблудился на перипетиях дорог.

Кари все еще сковывал пережитый ужас. Он пока еще вытеснял все остальные чувства и эмоции, и для Димостэниса не составляло труда находить его в глазах княгини, так же как и жгучее желание расквитаться с ним за перенесенное унижение.

- Ты совершила ошибку, даже не когда нарушила наши союзные договоренности или ударила в спину. На войне как на войне. Там нет места благородству или милосердию.

Дим сильнее запахнул полы плаща. С моря дул холодный, влажный ветер, пронизывающий до самых костей. Ночное черное небо прорезали вспышки молний, отражаясь в не менее черных водах Жемчужного Океана. Он покинул Мюрджен той же ночью, не дожидаясь окончания бала.