Великая Охота

Станет ли Хлоя третьей? О-о-очень сомневаюсь...

В пути я несколько раз украдкой поглядывал на свою новую игрушку. Чувствовалось, что девушке неудобно ехать без седла. Возможно, даже больно. Но к своей чести она не жаловалась, только изредка смахивая рукавом предательские слёзы.

Солнце катилось к закату, когда впереди показалась крепостная стена и врата маленького торгового городка Гэрин. Я остановил лошадь и повернулся к ученице:

— Сейчас же слезай с Бертильды. Вот там, — я указал направо от тракта, — бежит ручеёк.

Было видно, что её оскорбили мои слова, но Хлоя промолчала и послушно пошла умываться.

Её не было около получаса. За время ожидания я даже успел заскучать. Но вот, проводив взглядом очередную спешащую в город телегу, я услышал шорох и повернул голову. Не сказать, что девушка постаралась на славу, но в целом результат неплохой: дорожная пыль смыта, волосы приглажены, ну а платье почищено.

— Ты долго, — буркнул я. — Залазь скорей.

Мы едва успели въехать в Гэрин перед самым закрытием городских ворот. Опоздай на пару минут, пришлось бы опять спать под открытым небом.

Петляя тёмными, пустыми улочками, мы быстро добрались до постоялого двора. Я расседлал лошадь и загнал её в стойло, где Бертильда тут же ткнулась мордой в кадушку с водой.

Нежно погладив уставшее животное, я направился к дверям трактира, улыбаясь перспективе выспаться на мягкой пастели.

Жизнь в шумной, трещащей по швам от хмельного народа зале кипела, как забытый на огне котёл. Разномастное сборище бесновалось, отмечая завершение очередного трудового дня. Большая часть — местные жители: торговцы, ремесленники, закончившие смену стражники. Были и более серьёзные люди: пузатые заезжие купцы, спускающиеся лишь вместе с охраной, для того чтобы сыграть с кем-нибудь в кости, да присмотреть по возможности развлечение на ночь в лице любой доступной женщины.

— Приветствую, — кивнул я трактирщику, подойдя к стойке, — есть ли у вас свободные комнаты?

Он оглядел меня и мою спутницу с ног до головы, явно прикидывая, водятся ли у нас деньги. Желая помочь мужчине, я невзначай откинул чёрную прядь волос рукой так, чтобы трактирщик мог отчётливо разглядеть золотой перстень, подаренный мне Трикушоном.