Великая Охота

Он удивленно посмотрел на меня, стараясь запомнить редкие моменты моего небывалого самообладания, и сел на место.

Наблюдавшая эту картину Хлоя отпила вина и, уставившись в свою тарелку, украдкой взглянула на меня. За время беседы с Брэндоном я уже третий раз ловлю подобный взгляд. Излишнее внимание ученицы, обострившееся после разговора в лесу, несколько пугало. Что бы там себе не выдумала эта девчонка, хорошим уж точно не кончится. Подумаешь, спас ее… 

Брэндон сделал солидный глоток и посмотрел на нас:

-Значит, вы тоже слышали байки о Полуденном бродяге?

-В полуха,- отмахнулся Крит.

-Ну а ты?- охотник повернулся к моей ученице, тут же отрицательно мотнувшей головой. Самодовольно улыбнувшись, Брэндон продолжил: 

- Что ж, я расскажу тебе. Все мы встречались с оборотнями, да сгниют когти у этих песьих выкидышей. Известно, что они превращаются лишь несколько ночей в месяц в зависимости от лунного цикла. В остальное время шельмы пребывают в человеческом обличии. Конечно, сволочей можно выявить по поведению, но не в этом суть.

Главное, что в зверя при всем желании они не могут превратиться просто так.

-Я это знаю,- буркнула Хлоя.

-Очень хорошо. Как я и думал, дядя Рихард в ученики берет лишь способных охотников. Однако знала ли ты, что существует единственный оборотень, способный превращаться когда угодно и по собственному желанию? Это и есть Полуденный бродяга. Правда, я не верю в подобные сказки.

Пока Брэндон рассказывал девушке эту старую легенду, я повернулся к Критрексу.

Лицо гоблина было хмурым и задумчивым, но заметив мой взгляд, он ухмыльнулся и, кивнув в сторону охотника, одними губами произнес «Ко-ко-ко». Я еле сдержал улыбку, про себя отмечая, что сейчас парень был больше похож на павлина, нежели на петуха.

-Слушай, молодчик, - тут же встрял Крит, когда Брэндон замолчал,- с чего бродяге помогать ведьмам? Если верить легендам, он сам сражается против чудовищ.

-Конечно сражается, господин гоблин, - последнее слово у него получилось похожим не то на звук рвоты, не то на кваканье болотной жабы.

- Еще бы ему не сражаться, он же изгой среди нелюдей. Как впрочем, и среди людей! Но повторюсь, это вся байки. Если бы не лепет одного старика, дряхлого, как мощи святого Бальзамина, я бы и вовсе про него не вспомнил. Думаю, он просто видел какую-то тварь на побегушках у сучек из Тысячелистника. 

-Ладно-ладно,- я примирительно поднял ладони, так как Крит уже готов был разразиться гневной тирадой.