Превосходство Неодарённого. Том 1 и Том 2

Учитель прячет платок в карман, щерится:

— Денис, это непробужденный ученик. Вот. Ты не можешь напасть на него без последствий.

— Да мне срать, — пыхтит разъяренный бугай, приближаясь.

Секунда, вторая. Хм, эффект оказался чуть сильнее, чем я планировал. Ну кто ж знал про повешенных мам? Не повезло, бывает. Слишком хорошо угадал.

В каждой моей руке по три зубочистки, я напрягаю свои хилые мышцы, с удивлением обнаруживаю, что они есть не везде, где я привык. Некоторые части тела просто... не напрягаются. Делаю все это просто на всякий случай.

Возможно, я смогу пережить пару секунд, прежде чем нас разнимут... Или даже дотянусь зубочистками до интересных мест. Акупунктура в бою, правда, не очень. Попасть в миллиметр движущего тела практически нереально. Это тебе не глаза вилками протыкать.

Дэн приближается.

Вижу, как силачи за его спиной напрягаются, как перетянутые струны. Если представитель их клана начнет быковать на непробужденных, то проблемы могут возникнуть и у них.

Двое Джунсиначи в компании Дэна смотрят на меня, но я еле заметно качаю головой.

Нельзя, чтобы они вмешивались. Силачи давно подмазываются к азиатам, которые тоже не в ладах с Новусами. Но сегодня Сэм и Акане открыто показали всем, что отношения двух кланов не заладились. Чем мы с Хиданом и воспользовались. Силачи с распростертыми объятиями приняли новых друзей. Вот только они им не друзья. А мне — да.

Дарен встает между мной и Дэном, хватает его за плечо.

— Не ведись. Ты знаешь последствия нападения на непробужденного.

— Да мне плевать! Щенок убил моего кузена, а теперь прошелся по матери! Он подавится своими блядскими словами.

— Тебя так легко спровоцировать? Очнись, Денис!

Дэн рвет и мечет на месте, пытаясь справиться с эмоциями.

Я же немного расслабляюсь, говорю:

— Дэн, сегодня после занятий. Выбирай место сам, — говорю из-за спины Дарена, пожевывая зубочистку. — Можешь взять своих, мне плевать. Но не хочу устраивать из этого представление. Где-нибудь подальше.

Дэн тяжело дышит, поднимает голову вверх, опускает уже более спокойное, но все еще раскрасневшееся лицо:

— Отойди, Валет.

— Нет. Мы с тобой давно дружим. Не тупи. Он тебе предложил решение.

— Крысеныш не придет. Зассытся.

Лениво рассматриваю Яру. Интересно, а волосы у нее и правда синие? Или тут их выкрашивают? И в смысле — не приду? А зачем тогда назначать эти детские разборки? Для того чтобы не прийти? Странное мышление.

— Приду. Но с одним условием, — мой глаз предательски дергается. — Севу ты отпустишь.