Превосходство Неодарённого. Том 1 и Том 2

От пробуждения это норма?

Голос Акане оживает:

— Ты пробуждаешься? Правда, Киба-кун? Это же здорово. Рада за тебя. Послушай, надо встре...

— Ты меня не услышала.Голова не просто болит. Ее разрывает. Это нормально?

— Эм-м-м, вообще нет. Прямо так сильно у меня не болела. Ты уверен, что не ударился или... ну... не перепил? Легко спутать.

— Ударялся, но я после ласточки, так что не должно так...

Непроизвольно щупаю себе ногу. Швы рассосались. Даже шрама не осталось. А язык будто новый отрос. Неплохая штука... Теперь понятно, почему Исталы, не имея предрасположенности к боевой сумме, все же одни из пяти великих кланов.

— Что?! Киба-кун, что произошло?

— Потом расскажу. Мне нужно пройти тестирование. Срочно. Я должен знать, что у меня за сумма, до того, как пробужусь.

— Но... но зачем? Школа сделает это бесплатно, как только ты пробудишься.

— В том то и дело. Я хочу узнать о своей направленности до того, как это узнают в школе! Акане, это важно.

— Но... это дорого... я не уверена, что отец согласится.

— Скажи, что с меня должок. Он же все равно хотел меня нанять. Я отработаю, Акане!

— Я, конечно, попробую. Но не уверена...

— Спасибо, до встречи.

— Ки...

Сбрасываю вызов. Держась за голову, ковыляю в коридор, открываю тумбу с лекарствами, нахожу упаковку, где написано обезболивающее средство. Выпиваю сразу три таблетки.

Сажусь на табурет, тяжело дышу. Я хоть и привычный к боли, но, чтобы к такой? Не верю, что обычный человек может это перетерпеть не корячась в агонии на полу, если он, как минимум, не филзели.

Подхожу к окну, выглядываю за краешек шторки. Вижу две знакомые тонированные машины.

Я, как могу, быстро и тихо одеваюсь. Не хочу, чтобы мать проснулась, и я выслушивал часовую лекцию о вчерашнем. Выхожу во двор, стараюсь не морщиться от боли. Подхожу к машине, стучусь. Тонированное окно открывается. Вижу мужчину в черных очках и пиджаке. Ну просто само шпионство.

— Ну, всё тихо? — улыбаюсь.

Окно закрывается. Полагаю, это точно люди зама. И они меня не трогают и не задают вопросов. Значит, вопросы начнутся в школе. Чувствую, это пятница будет ну очень тяжелой. И, возможно, самой значимой за всю мою недолгую жизнь в этом мире.

Подъезжает моя маршрутка, дверь открывается. Сергей призывающее машет мне рукой. И лицо его выражает крайнюю степень недружелюбия.

Через силу хмыкаю, стараясь не выдавать свои тяготы, сую в зубы мятную зубочистку.