Превосходство Неодарённого. Том 1 и Том 2

Лезвие еще сильнее прижимается к горлу.

Меня выводят из комнаты, ведут вдоль коридоров, словно приговоренного к смерти. Хорошо, что я предусмотрительно успел одеться. Светиться трусами в цветочек не хотелось бы.

Меня ведут куда-то вниз. Ниже и ниже. Обстановка меняется с японской на славянско-средневековую. Более каменную и грубую. Становится жутко холодно. По коже пробегаются мурашки. Плохо. В подземелье обычно водят не для светских бесед.

Меня приводят в холодное, темное помещение. Ну прямо настоящая пыточная.

Даже все инструменты уже готовы. Только вот мастера пыточных дел вы этим не испугаете. А уж тем более чистыми, ни разу не использованными щипцами и скальпелями. Принюхиваюсь. И запахом красной краски, а не настоящей крови. Что ж, это немного обнадеживает. Это моя самая большая игра в этом мире и, если все пойдет гладко, то сегодня у меня уже будет небольшой праздник. И может быть я даже расслаблю мозги и немного включу школьника. Поиграю в бутылочку, например.

В центре помещения деревянный стул, меня грубо усаживают, фиксируют ноги. Я шиплю от боли, но не сопротивляюсь. Руки тоже привязывают. Обыскивают. Заглядывают в трусы, теребят волосы, открывают рот.

— Я бы еще там проверил, — советую людям в черном, кивая себе вниз, за спину.

На мой совет не обращают внимания, уходят. Закрывают за собой дверь.

— Глупо.

Осматриваюсь. В комнате есть камера. Дергаю руку, ногу. Освободиться нереально. Хотя мне это и не надо.

Не для того я так ночью старался.

Проходит несколько минут и в помещение заходят трое. Лично Хидан; худощавый, как спичка, мужчина в черной маске и Акане. Последнюю я не ожидал тут увидеть. Думал, она слишком молода для таких вещей. Но видимо отец посвящает ее в семейные дела. Или посчитал ее ответственной. Ведь это именно она пригласила меня в дом.

По лицу Акане тяжело что-то понять. Ее очень хорошо научили справляться со своими эмоциями.

Мужчина в маске ставит передо мной стул, Хидан садится, смотрит на меня совершенно непроницаемым лицом.

Слуга наводит на меня пищащий прибор, показывает результат господину.

Признаю. Я давно не чувствовал такого напряжения. Даже волосы на голове шевелятся, а хилую руку сводит судорогой. Когда ты сильный и влиятельный, всякие страхи понемногу уходят на задний план. Сейчас же я иду по головам на основе опыта, нажитого в совершенно другом мире.

— Непробужденный, значит.