Раубриттер (IІ. - Spero)

- Ну?

Гримберт прокашлялся – долгое молчание осушило голосовые связки.

- Я весь день разглядывал карты, которые нашел в памяти доспеха. Им, должно быть, под двести лет, но, кажется, им еще можно верить. Если что-то на свете и не стареет, так это чертовы Альбы… В трех километрах отсюда я вижу тропу. Совсем небольшую, изгибающую…

Берхард кивнул.

- Коровий Язык. Хорошая тропа, старая и надежная. Но тебе она не поможет, очень уж узка. Извини, мессир.

- Я и не говорил, что она мне поможет. Но она поможет тебе.

Берхард внезапно остановился.

- Что?

- Дойдешь до своего Коровьего Языка – и убирайся восвояси. Я уведу их дальше. Спорю на все виноградники твоего несуществующего баронского дворца, они этого даже не заметят. Они ведь идут по моему следу, так? Ты для них – крошка…

Берхард нахмурился, отчего на его тяжелом, точно выточенном из серого гранита лбу, сошлись брови.

- Они тебя загонят, мессир.

Ржавая жестянка не была способна пожимать плечами – орудийные шарниры не давали бортовым орудиям достаточно амплитуды.

Но Берхард должен был угадать этот жест.

- Они и так сделают это рано или поздно, так ведь? Уходи. Считай, что я расторгаю наш договор. Ты честно выполнил свою часть, но извини, похоже, что тебе суждено остаться без короны. Может, это и к лучшему. Даже не представляешь, какая паскудная жизнь у баронов. А уж при маркграфе Гунтерихе…

- Я из альмогаваров! – Берхард с силой ударил себя в грудь единственной рукой, - Мы, жиронцы, не из тех, кто задает стрекача!

- Уходи, - медленно и внушительно произнес Гримберт, заставив доспех нарастить громкость голоса до дозволенного предела, - Это мой приказ, Берхард.

Приказ рыцаря. Сворачивай на этот свой Коровий Язык и двигай. Как доберешься до Бра, зайди в первый попавшийся трактир и выпей за меня кубок вина. И уж будь любезен, чтоб это было не самое паршивое вино в этой забегаловке!

Берхард по-собачьи оскалился, но мгновением позже эта гримаса превратилась в выражение растерянности.

Не ожидал. Привыкший судить весь мир по себе, он и в Гримберте видел свое подобие. Может, более увечное и беспомощное, но в чем-то родственное. Но теперь…

- За кого ж мне выпить? – пробормотал Берхард, отводя глаза, - Я даже имени-то твоего не знаю…

Гримберт усмехнулся.

- Я еще не придумал себе имени. Как и своему доспеху. Но я не думаю, что это станет серьезным препятствием. Прощай, мой друг.

- Мессир…

Это было его последним словом.